12.02.2008

Александр Мамут оказался вне компетенции. Арбитражный суд не пошел на непрямую сделку с "Ингосстрахом"

Александр Мамут Бывший владелец миноритарного пакета "Ингосстраха" Александр Мамут ранее заявлял "Ъ", что физически невозможно было получить разрешение у ФССН, поскольку приказ Минфина, регулировавший порядок получения таких разрешений, был отменен в январе 2006 года

Арбитражный суд Москвы отказался рассматривать законность сделки по покупке 38,46% "Ингосстраха" структурами PPF Investments. Суд посчитал, что в его компетенцию не входит вынесение решений по сделкам, участниками которых являются иностранные владельцы компаний-акционеров страховщика. Таким образом, суд ушел от создания глобального прецедента в юридической практике -- оценки непрямых сделок, основного инструмента на рынке слияний и поглощений.

Вчера арбитражный суд Москвы прекратил производство по делу, в котором ОСАО "Ингосстрах" оспаривало сделки по приобретению структурами PPF Investments (PPFI) контроля над миноритарным пакетом акций страховщика. Иск был подан в конце декабря прошлого года. В исковом заявлении говорилось, что кипрская компания Durbe Ltd, подконтрольная структурам PPFI, косвенным путем приобрела контроль над тремя российскими ООО ("Вега", "Новый капитал" и "Инвестиционная инициатива"), являющимися акционерами "Ингосстраха". При этом доли непосредственно в этих ООО Durbe не покупала, она приобрела доли в компаниях "Гартмей" и "Вайдвол", зарегистрированных на Британских Виргинских островах. А эти офшорные компании контролируют российские одноименные ООО, которым, в свою очередь, принадлежат доли в компаниях-акционерах "Ингосстраха". Таким образом, "Ингосстрах" оспаривал не покупку своих акций, а смену конечного бенефициара офшорных компаний, контролирующих пакет. В качестве третьего лица в данном иске упоминался бывший владелец 38,46% акций страховой компании Александр Мамут.

Страховщик просил признать данную сделку недействительной на том основании, что она не была согласована со страховым регулятором -- Федеральной службой страхового надзора (ФССН), как того требует закон об организации страхового дела. На что официальный представитель PPFI Ян Пискачек заявил "Ъ", что закон обязывает согласовывать с регулятором только прямые сделки. А бывший владелец миноритарного пакета "Ингосстраха" Александр Мамут ранее заявлял "Ъ", что физически невозможно было получить разрешение у ФССН, поскольку приказ Минфина, регулировавший порядок получения таких разрешений, был отменен в январе 2006 года.

Суд согласился с тем, что оспариваются не сделки с российскими акциями, а покупка одной иностранной компанией долей в других иностранных компаниях. Суд определил, что рассмотрение такого дела не входит в его компетенцию, и производство прекратил. "Ингосстрах" может обжаловать это определение в апелляционной инстанции, но снова подать такой иск уже не сможет. "Мы не согласны с сегодняшним определением суда, будем подавать апелляционную жалобу",-- заявил "Ъ" партнер адвокатского бюро "Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры" Григорий Чернышов, представляющий интересы истца. По его мнению, российский арбитражный суд компетентен в рассмотрении данного спора.

Независимые юристы говорят о том, что суд, отказавшись от рассмотрения этого иска, ушел от создания важного прецедента -- оценки непрямых сделок. Адвокат Московской областной коллегии Денис Узойкин рассказал, что приобретение контроля над активом через смену конечного бенефициара офшорных компаний распространено не только в России, но и за рубежом. Этим способом обходятся различные формальности, в частности получение разрешений госорганов. "Суд руководствовался формальными критериями, по которым дело не входит в его компетенцию. Это может служить косвенным одобрением такого рода сделок,-- считает господин Узойкин.-- В то же время решение российского суда, которое тот, возможно, вынес бы по данному делу, вряд ли удалось бы исполнить за рубежом". А заместитель гендиректора компании "Право и консультации" Павел Монаков убежден, что арбитражный суд просто подтвердил очевидный факт: российское государство не может контролировать такие сделки.

Ольга Ъ-Плешанова, Татьяна Ъ-Гришина

КоммерсантЪ