Лет десять назад слово «домашний» на упаковке работало почти безотказно. Покупатель видел его и сразу достраивал картинку: кухня, кастрюля, кто-то готовил с заботой. Сегодня «домашними» бывают пельмени, майонез, сырки, хлеб и котлеты из одной и той же витрины. Слово не исчезло, но перестало что-то значить. Мы каждый месяц придумываем названия для новых блюд и видим, как меняется язык полки: одни слова устают, другие приходят им на смену. Я, Диля Хасанова, директор по маркетингу пищевого производства, расскажу, что мы заметили.
У любого слова-триггера похожая судьба. Сначала его используют один-два бренда, и оно выделяет их на полке. Потом его подхватывают все. Затем оно становится фоном, покупатель его просто не видит. А в конце начинает вызывать подозрение: «раз так громко пишут, что домашнее, значит, точно с завода».
На этой последней стадии сейчас находятся несколько слов.
«Домашний». Самое затертое слово в категории. Оно стоит на продуктах любой ценовой категории и любого качества, поэтому ничего не говорит ни о том, ни о другом. Для готовой еды есть отдельная ирония: покупатель прекрасно знает, что блюдо приготовлено на производстве. Мы и не скрываем, что у нас фабрика-кухня. Когда упаковка делает вид, что это не так, мы проигрываем в доверии, а не выигрываем.
«Фермерский». Это слово годами использовали как синоним «качественного», и рынок пришёл к тому, к чему должен был прийти: появились правила. С 1 января 2026 года действует первый национальный стандарт для фермерской продукции. Он требует указывать, какое хозяйство и откуда произвело продукт. Слово «фермерский» без конкретного фермера теперь выглядит не как преимущество, а как риск. Да и покупатель за последние годы научился задавать вопрос: «А какой ферме?»
«Как у бабушки», «по-домашнему», «мамин рецепт». Ностальгия всё ещё продаёт, но аудитория меняется. Для значительной части покупателей готовой еды бабушка - это человек, который сам уже покупал полуфабрикаты. Образ «бабушкиной кухни» для них скорее декорация из рекламы, чем личное воспоминание. Ностальгия работает точечно: на конкретных блюдах вроде сырников или голубцов, а не как универсальная приправа к любому названию.
Общий вывод простой: абстрактные слова-обещания уступают место конкретике. Покупатель больше не хочет, чтобы ему рассказывали, какой продукт. Он хочет понять это сам.
Вместо «домашний» работает описание процесса: «томленая», «запечённая в печи», «соус варим сами». Это проверяемые вещи, у них есть вкус и текстура, которые покупатель потом почувствует.
Вместо «фермерский» работает происхождение, если оно действительно есть: регион, хозяйство, сорт. Если происхождения нет, лучше не писать ничего, чем писать красивое пустое слово.
Вместо «натуральный» работает короткий понятный состав. Мы видим, что покупатели всё чаще переворачивают упаковку и читают оборот. Пять ингредиентов, которые человек может назвать, убеждают сильнее любого слова на лицевой стороне.
И отдельный тренд — точность в географии кухни. «По-грузински» постепенно уступает «чкмерули», «по-тайски» – конкретному названию блюда. Покупатель стал больше путешествовать, больше заказывать в ресторанах и доставке и хорошо знает, как эти блюда называются на самом деле.
Со стороны кажется, что название придумывает маркетолог в момент вдохновения. На деле у названия готового блюда три читателя, и каждому нужно своё.
Первый – покупатель у полки. У него две-три секунды. Название должно сразу ответить на вопрос «что это и подходит ли мне сейчас»: обед или перекус, мясо или рыба, острое или нет.
Второй – байер сети. Название попадает в учетную систему, на ценник, в отчеты по продажам. Там жёсткие ограничения по длине, и красивое длинное название из пяти слов на ценнике превращается в обрубок, который никто не поймёт. Поэтому мы всегда смотрим, как название будет выглядеть в сокращенном виде.
Третий – поиск на онлайн-полке магазина. Это читатель, о котором часто забывают. Человек не листает каталог, он вбивает в строку поиска то, что хочет съесть. Если блюдо называется так, как его никто не ищет, оно просто не появится в выдаче, каким бы вкусным ни было.
Обычно путь названия выглядит так: технолог даёт рабочее название по рецептуре, маркетинг переводит его на язык покупателя, а потом мы проверяем его на ценнике и в поиске. Иногда на этом этапе от красивой идеи не остаётся ничего, и это нормально.
Это наш любимый пример, потому что на нём видно всё сразу.
«Курица по-азиатски» звучит нормально, но ничего не обещает. Азия большая: это может быть сладкое, острое, кислое, с арахисом, с карри. Покупатель не может представить вкус, а значит, рискует. А когда человек выбирает обед за пару секунд, он не любит рисковать. Он берёт то, что понятно.
«Курица терияки с рисом» отвечает сразу на три вопроса. Терияки - конкретный вкус, который многие уже пробовали: сладковато-соленый соевый соус. С рисом - значит, это полноценный обед с гарниром, а не просто кусок мяса. И это ровно те слова, которые люди набирают в поиске.
Но у конкретики есть предел. Если назвать блюдо «Курица в глазури гочуджан с рисом жасмин», часть аудитории оценит, а большинство пройдёт мимо: незнакомое слово пугает сильнее, чем размытое. Мы для себя вывели правило: одно знакомое слово плюс одна понятная деталь. Знакомое даёт безопасность, деталь даёт причину выбрать именно это блюдо. «Курица терияки с рисом» попадает ровно в эту формулу. А когда незнакомое слово становится массовым, как когда-то «терияки», его можно выносить в название без страховки.
Несколько простых тестов, которые мы используем у себя.
Тест «по телефону». Можно ли назвать блюдо другу по телефону так, чтобы он понял, что это, и не переспрашивал? Если нет, название слишком сложное или слишком размытое.
Тест ценника. Как название выглядит в сокращенном виде, в рамках длины, которую допускает сеть? Остаётся ли понятным, о чём речь?
Тест поиска. Что люди реально вбивают в поиск в приложении онлайн-ритейлеров, когда хотят похожее блюдо? Совпадают ли наши слова с их словами?
Тест отзывов. Как покупатели сами называют блюдо, когда пишут о нём? Если в отзывах на «Курицу по-азиатски» пишут «вкусная курица в сладком соусе», значит, покупатели сами подсказывают, как её стоило назвать.
Слова на упаковке устают так же, как дизайн или рекламные форматы. Если слово стоит на продуктах у всех конкурентов, оно уже ничего не продаёт, а иногда работает против вас.
Лучше всего сейчас работает то, что покупатель может проверить сам: способ приготовления, вкус, состав, реальное происхождение. Название блюда - это не украшение, а короткая инструкция: что это, для какого случая и чего ждать от вкуса. И если ваше название понятно покупателю у полки, помещается на ценник и находится в поиске, у блюда есть шанс. А дальше уже дело за вкусом: никакое слово не продаст второй раз то, что не понравилось в первый.