Зарабатывают на жизнь своим трудом, но не бедны

Как показывают результаты исследования, проводённого журналом "Эксперт" совместно с Группой Monitoring.Ru, потребление среднего класса постепенно приближается к типичному для Запада: если раньше его представители активно покупали имиджевые товары, сегодня они предпочитают не переплачивать. E-xecutive попросил рассказать о результатах исследования руководителя аналитической группы Игоря Березина.

E-xecutive: Игорь, расскажите о методике исследования. Средний класс — кто это?

Игорь Березин: Мы отталкиваемся от определения, истоки которого восходят еще к Аристотелю, он говорил, что в обществе есть социальный класс, который очень беден, другой социальный класс, который богат. А третий — средний. Представители этого среднего класса зарабатывают на жизнь своим трудом, но не бедны. Они заинтересованы в развитии государства, в том числе и экономическом, им свойственно избегать крайностей, свойственным как богатым, так и бедным.

Мы зацепились за определение «зарабатывают на жизнь своим трудом, но не бедны» и попытались сопоставить это с конкретным уровнем доходов, определив диапазон. Мы рассматривали доход семьи, точнее — доход домохозяйства, и делили его на число членов семьи. В нашем понимании, средний класс — это те, кто не находится за чертой бедности, но и не принадлежит к социальной элите.

E-xecutive: Каков же диапазон доходов, позволяющий отнести семью к среднему классу?

И.Б.: Мы использовали данные Госкомстата, расчеты Министерства по труду и социальной политике, а также неформальные подходы. В результате мы получили цифру в 150 долл. в месяц на каждого члена семьи. Это и есть минимальный уровень доходов среднего класса. Максимальный — 1000 долл. В Москве минимум был поднят до 200 долл.

E-xecutive: Насколько быстро растет эта группа?

И.Б.: Сейчас это 20–24% всего населения страны. Последние несколько лет мы видим положительную динамику. В период до кризиса 1998 года размер этой группы составлял примерно 25–30%. Затем произошло резкое сжатие — группа сократилась до 10–12%. С улучшением общей экономической ситуации число представителей среднего класса также росло. Эта группа увеличивается на 20–30% в год.

E-xecutive: Можно ли сказать, что уровень заработных плат уже вышел на докризисный уровень?

И.Б.: Да, ставки по заработной плате практически вышли на этот уровень. Если в 1999 году средняя зарплата в стране упала до уровня 60–70 долл., то сегодня в промышленности мы уже имеем среднюю зарплату на уровне 130–150 долл. Если сегодняшние темпы роста сохранятся, в ближайшие 1,5 года она достигнет уровня 200 долл. В таких благополучных отраслях, как нефтяная и газовая, средняя зарплата уже сегодня превышает 300–400 долл. или даже 500 долл. Самый высокий уровень — в Москве.

E-xecutive: Насколько оптимистично респонденты оценивают перспективы роста своих доходов?

И.Б.: Индекс оптимизма в этом году понизился. Всем респондентам мы задавали вопрос: «Как, на ваш взгляд, может измениться положение вашей семьи в течение ближайшего года?». В прошлом году лишь 1–2% высказало опасения. Показатели этого года нас удивили. Сегодня уже каждый 10-й представитель среднего класса опасается, что его финансовое положение может ухудшиться. При этом приблизительно 20% рассчитывают на существенный рост своих доходов, примерно 30% — на «некоторое улучшение», а большая часть — на то, что уровень их доходов не изменится.

E-xecutive: Насколько велика доля среднего класса в населении крупных городов?

И.Б.: В городах с населением более миллиона человек 40% населения принадлежат к среднему классу. С другой стороны, 30–40% среднего класса России проживает именно в этих городах. Самая большая доля среднего класса — опять же, в Москве (45–50%).

E-xecutive: Насколько велика доля менеджеров и специалистов среди представителей среднего класса?

И.Б.: Более половины среднего класса — наемные менеджеры и высокооплачиваемые специалисты. Затем — руководители предприятий и частные предприниматели, их доля — порядка 15%. 10% представителей среднего класса — люди свободных профессий: преподаватели, консультанты, деятели культуры, врачи и т. д. Естественно, к среднему классу принадлежат наиболее благополучные представители этих групп. Их доля — около 10%. Оставшиеся 20% — так называемая «рабочая аристократия» — люди, не занимающие управленческих позиций, но получающие доход, позволяющий отнести их к среднему классу. В этом сегменте представлены не только высокооплачиваемые рабочие, но и занятые преимущественно умственным трудом сотрудники компаний, работающих в рыночном секторе экономики.

E-xecutive: Как обстоят дела с самоидентификацией? Все ли, соответствующие формальным критериям «среднего класса», относят себя к этому классу?

И.Б.: Да, почти все. Всем респондентам мы задаем вопрос: «К какому социальному слою вы относите себя и свою семью?». И предлагаем градацию, в которой присутствует и «элита», «верхняя часть среднего класса», «середина» и «низ» среднего класса. К «элите» и «низу» себя относят 1–2%, а 95–97% относят себя именно к среднему классу, причем большая часть — к середине среднего класса. 10–15% — верхняя часть, процентов 25% — нижняя часть, а остальные — устойчивое ядро.

E-xecutive: Меняется ли потребление среднего класса?

И.Б.: Мы наблюдаем первичное насыщение спроса на товары длительного пользования: аудио- и видеотехника, бытовая техника, мебель и одежда. Период послекризисного восстановления ознаменовался ажиотажным спросом на эти категории товаров, сейчас же этот этап подошел к своему завершению и спрос стабилизировался и даже, в некоторой степени, сокращается. Кроме того, обозначилась совершенно новая тенденция — образ потребления российского среднего класса становится все более умеренным. Он начинает приближаться к образу потребления, который демонстрирует средний класс стран Запада.

E-xecutive: В чем это проявляется?

И.Б.: Еще пару лет назад исследователи немного удивлялись тому, что российский средний класс, обладая существенно меньшими экономическими возможностями, демонстрировал образ потребления, свойственный скорее западному «нижнему верхнему» слою среднего класса. Это проявлялось в склонности к «демонстрационному» потреблению, к приобретению так называемых «знаковых» предметов, демонстрирующих статус и успешность: аксессуаров, сотовых телефонов, ноутбуков.

Наше исследование показало, что сегодня подход среднего класса становится более рациональным. Если раньше его представители твердо знали, что сотовый телефон дешевле 250 долл. — это не престижно, сегодня они спокойно покупают модель, которая устраивает их функционально, предпочитая не переплачивать за имидж.

E-xecutive: Среди имиджевых товаров, обладание которыми средний класс считает вопросом престижа, в свое время были мобильные телефоны и компьютеры. Как обстоят дела в этом году?

И.Б.: Мы составили список из 10 «знаковых» предметов, которые не только имеют утилитарную функцию, но и демонстрируют благосостояние. Результаты довольно интересные. Например, когда-то домашний компьютер демонстрировал статус, а сейчас он есть в половине семей со скромным достатком, так же как и сотовый телефон. Как ни странно, самыми пижонскими предметами стали посудомоечная машина и мебель со встроенной бытовой техникой.

31.05.2002  E-XECUTIVE.RU