Ущерб 700 миллиардов, выплаты от 2 тысяч рублей. Почему маркетплейсы сами попросили бюджет заплатить их селлерам

Есть новости громкие, а есть важные. На прошлой неделе случилась вторая: Ассоциация цифровых платформ, в которую входят Wildberries, Ozon, Яндекс, Авито и Купер, направила письмо премьер-министру Мишустину с просьбой поддержать пострадавших продавцов деньгами из федерального бюджета. Об обращении написал и Forbes.

Я продаю на маркетплейсах и слежу за этой историей с середины июля, поэтому позволю себе оценку: это самый показательный документ месяца. Платформы, которые 4 недели демонстрировали «мы справимся сами», официально признали, что своих денег на закрытие проблемы не хватит. Разберу, что именно просят, почему это разворот позиции, чего на самом деле хотят селлеры и что из всей этой переписки можно извлечь уже сейчас.

Что просят площадки

В письме четыре пункта. Первый и главный: прямые безвозмездные выплаты селлерам из бюджета, причём с расчётом по фактическому ущербу каждого продавца, а не фиксированной суммой на всех. Второй: покрытие за счёт государства стоимости страховок для малых и средних компаний. Третий: налоговые и кредитные каникулы минимум на шесть месяцев, без пеней и штрафов за период вынужденной остановки. Четвёртый: мораторий на проверки бизнеса.

Заметьте, как составлен список: почти всё в нём адресовано не платформам, а их продавцам. Это грамотно и по сути, и по форме: площадки просят не «дайте нам», а «дайте нашим селлерам», что политически проходит легче, а экономически возвращается тем же платформам, потому что живой селлер продолжает платить комиссию, а разорившийся нет.

Почему это разворот

Вспомним хронику. В июле позиция была другой: по оферте и закону атаки квалифицируются как обстоятельства непреодолимой силы, которые освобождают площадку от обязанности возмещать потери, и выплаты Wildberries вёл добровольно, как жест поддержки, а не по обязательству. Основатель компании Татьяна Ким обещала продавцам «не оставить наедине с этой проблемой». И платила: по официальным данным, поддержку получили более 97 тысяч продавцов из малого и среднего бизнеса, двумя траншами, плюс скидки на хранение, отмена штрафов и кредитные каникулы от банков экосистемы.

Проблема в масштабе. На встрече в Госдуме 13 августа глава ассоциации АПТЭП Маргарита Евстигнеева оценила совокупные потери продавцов в 600–700 млрд рублей с учётом упущенной выгоды, пострадавшими названы более 400 тысяч селлеров. А средние выплаты от площадки, по словам самих продавцов на той же встрече, составили от 2 до 30 тысяч рублей. Сопоставьте порядки цифр, и письмо Мишустину перестанет удивлять: разрыв между ущербом и добровольными выплатами такой, что закрыть его может либо бюджет, либо никто.

Селлеры тем временем просят другого

Параллельно случилась вещь, которую в новостях о письме почти не заметили: сами продавцы сместили фокус с денег на правила. На той же встрече в Госдуме селлеры дали понять, что разовые компенсации не считают решением, и потребовали обязать платформы нести ответственность за принятый товар, то есть фактически закрепить за маркетплейсами статус ответственного хранителя. К этому добавляются требования Союза продавцов, направленные в правительство неделей раньше: снизить комиссии и отказаться от платформенных скидок.

Получается развилка, которая определит рынок на годы.

Вариант площадок: государство разово гасит ущерб деньгами, правила игры не меняются.

Вариант селлеров: деньги вторичны, но площадка начинает юридически отвечать за товар, который приняла на склад. Второй вариант для платформ намного дороже первого, потому что действует не полгода, а всегда. 

Что государство уже сделало, пока стороны пишут письма

Чтобы картина не выглядела перепиской в пустоту, зафиксирую движение. ЦБ официально рекомендовал банкам реструктурировать кредиты пострадавшего бизнеса, давать каникулы и не начислять штрафы. ТПП предложила изменить процедуру банкротства, чтобы продавец, потерявший товар не по своей вине, не отвечал личным имуществом. А решение по налоговым отсрочкам, по словам депутата Горелкина, находится в завершающей стадии проработки правительством. Темп для государственной машины приличный: от первых поручений до финальной стадии меньше 2-х недель.

Что делать селлеру, пока решается судьба бюджетных денег

Практика, которую я извёл для себя из всей этой переписки, укладывается в три пункта.

Собирайте доказательную базу, не дожидаясь решений. Если ваш товар пострадал, скачайте справку с электронной подписью в кабинете WB, зафиксируйте остатки по пострадавшим складам из отчётов и, по опыту коллег из селлерских чатов, заранее озаботьтесь актом с конкретной суммой ущерба от МЧС или администрации: налоговая, по их сообщениям, отклоняет заявления на отсрочку без такого документа. Любая будущая выплата «по фактическому ущербу» упрётся в вопрос, чем этот ущерб подтверждён.

Не стройте оборотку на ожидании выплат. Прецедент уже был: о выплате 99,6 процента компенсаций за пожар в Шушарах в январе 2024 года компания отчиталась только к весне 2025-го. Деньги, если придут, пусть будут приятным бонусом, а не несущей конструкцией бюджета.

Знайте свой фактический ущерб и свою фактическую экономику в любой момент времени.Формулировка из письма, «выплаты по фактическому ущербу каждого продавца», означает, что выиграют те, у кого цифры под рукой. Я держу их в TopSeller: отчёты показывают остатки и деньги в разрезе каждого склада и маржу по каждому артикулу, так что вопрос «сколько у меня лежало и сколько это стоило» решается за минуты, а не вечером с выгрузками. Подойдёт любая аналитика с разбивкой по складам, важен принцип: в эпоху, когда компенсации обещают считать индивидуально, ваш учёт и есть ваша заявка.

Итог

Письмо Мишустину закрыло дискуссию о том, потянут ли площадки последствия сами: не потянут и говорят об этом официально. Дальше два сценария, деньги без смены правил или правила со статусом хранителя, и торг между ними только начинается. Селлеру в этом торге отведена роль зрителя, но зрителя с домашним заданием: документы по ущербу, оборотка без надежды на бюджет и учёт, готовый к любому формату компенсаций.