За последние пять лет Россия собрала все ключевые «быстрые победы» в области цифровизации экономики, поэтому сейчас перед страной остро стоит вопрос сохранения дальнейшей конкурентной траектории. Если участники российской экономической системы не предпримут слаженных действий, то отставание от стран-лидеров может увеличиться с нынешних 5-8 до 15-20 лет. Это произойдет в силу высокой скорости глобальных изменений и инноваций.

В дальнейшем сократить разрыв будет крайне сложно, говорится в исследовании The Boston Consulting Group (BCG). Согласно отчету «Россия онлайн? Догнать нельзя отстать», сейчас доля цифровой экономики составляет 2,1% – это в 1,3 раза больше, чем 5 лет назад, но в 3–4 раза меньше, чем у лидеров цифровизации.

Важным достижением последних лет является стремительное развитие новых интернет-зависимых сегментов: туризма, игр, медиа, банковских услуг и других. Суммарно на них приходится более половины объема рынка электронной коммерции.

Межотраслевой эффект цифровизации с 2010 года увеличился в 5,5 раз: с 5 до 27,7 трлн. рублей. Это эффект от внедрения платформ электронных торгов, роста транзакций по банковским картам, увеличения сегмента онлайн-рекламы. Онлайн-потребление в России росло опережающими темпами – в среднем на 27% в год, достигнув отметки в 2 трлн. рублей в 2015 году.

 

 

Однако доля цифровой экономики в ВВП стагнирует с 2014 года. Это связано с высокой экспортной составляющей и остановкой роста инвестиций. К тому же бизнес недооценивает текущие цифровые возможности и их влияние на эффективность, продуктивность и потенциал роста - это характерно и для малых компаний, и для крупных игроков.

В Москве использование компаниями таких базовых цифровых продуктов, как ERP- и CRM-системы, не превышает 24%. Проникновение ШПД (широкополосный доступ в интернет) в корпоративном сегменте еще в 2014 году превысило 80%, однако доля компаний, использующих интернет со скоростью более 2 Мбит/с - в 1,7 раз меньше, более 10 Мбит/с - в 3 раза меньше.

На текущий момент Россия импортирует около 90% аппаратного и 60% программного обеспечения. Однако страна показывает немало примеров создания конкурентоспособных проектов: например, «Лаборатория Касперского», Parallels, Acronis. В России есть ряд крупных технологических компаний: «Яндекс», Mail.ru, «ВКонтакте». Хотя в будущем этим игрокам будет очень непросто сохранять свои позиции: СНГ остается одним из немногих рынков в мире, где гиганты вроде Google и Facebook не имеют доминирующего положения.

В BCG отмечают глобальный рост онлайн-рекламы. В то время как прочие каналы рекламы в мире растут на 2% в год, цифровой растет на 13%. В России интернет-реклама уже занимает более трети рынка, при этом увеличивается доля мобильного сегмента.

 

Внутри цифровой рекламы в мире стремительно увеличивается доля автоматически таргетируемой (programmatic): среднегодовой темп роста составляет около 30% против 9% для традиционной онлайн-рекламы. В России данный сегмент не превышает 5%. Для сравнения; в Великобритании и США доля programmatic составляет более 50%.

 

Уровень развития электронной коммерции и онлайн-рекламы в России выше, чем у «соседей» по БРИК – Индии и Бразилии, но ниже, чем у Китая и в среднем по ОЭСР, и практически в 2 раза ниже, чем у лидеров рейтинга.

Например, российские ритейлеры используют интернет для рекламы и размещения информации о своих услугах, в то время как «базовое использование» у лидеров уже сегодня включает гораздо более прогрессивные решения (мониторинг социальных сетей, CRM и т. д.).

BCG рассматривает три сценария дальнейшего развития цифровизации в России: венесуэльский (отставание в 15-20 лет), ближневосточный (без радикального отставания от лидеров) и азиатский. Последний предполагает увеличение доли цифровой экономики до 5,6% ВВП, а также создание масштабных межотраслевых эффектов и реальной добавленной стоимости в отраслях до 5-7 трлн рублей ежегодно.

Ставка на полноценную цифровую трансформацию экономики - ключевой момент для сохранения конкурентоспособности для России, уверены авторы доклада. Эксперты исследования призывают Россию повысить темпы роста цифровизации, которые сейчас находятся на уровне 24%.