ДелегИИровать мышление

За последние полгода я отписалась от десятка тг-каналов. В приложении стало заметно тише. Текстов не стало меньше, нет. Наоборот, их стало кратно больше. Но вместе с этим исчезло главное — ощущение присутствия человека.

Говорят, что нейросети — это инструмент для ускорения. Возможность быстрее писать, быстрее думать, быстрее работать. Сократить путь от задачи к результату и избавиться от лишнего трения. Только вот в реальности исчезло не трение. Исчез сам путь. Тексты публикуются аккуратные, выверенные, грамматически безупречные. В них вообще нет ничего, за что можно зацепиться: ни интонации, ни риска, ни попытки сказать что-то свое. Их нельзя назвать «плохими». Скорее, это тексты, в которых никто не участвовал.

Формально задача решена, и именно в этом проблема.

Раньше человек, сталкиваясь с задачей, был вынужден думать. Искать формулировки, ошибаться, переписывать, сомневаться, снова искать. Это был процесс, в котором формировалась не только мысль, но и сам навык мышления. Текст был побочным продуктом этого процесса. Теперь процесс можно обойти. Задача — запрос — результат. Текст возникает без необходимости проходить через внутреннюю работу. Он появляется сразу в финальной форме, минуя этапы, в которых человек вообще-то и становится Homo cogitans.

Это стало нормой. Рынок адаптируется быстро. Маркетинговая индустрия, которая всегда опиралась на скорость и эффективность, приняла эту модель без сопротивления. Колонки, экспертные мнения, кейсы, аналитику теперь можно производить быстро, дешево и … одинаково. Язык стандартизируется, структуры повторяются, интонации стираются. Тексты начинают походить друг на друга настолько, что перестают различаться. Это закономерность. Когда источник мышления один, вариативность иллюзорна. Возникает новая норма: текст как массовый продукт, а не как авторское высказывание. Человек перестает присутствовать в том, что создает. Текст есть, задача закрыта. Но где же автор? А нет его.

Скажете, что это драматическое преувеличение? Нет, друзья мои, технический факт. Присутствие в тексте никак  не связано с  наличием имени под заголовком. Это след внутренней работы, состоящей из выбора, сомнения, личного опыта и прямого столкновения с материалом. Когда этого нет, текст остается пустым. 

Именно здесь нейросеть как раз не создает проблему. Скорее, она ее обнажает. Если у человека есть мысль, позиция, опыт — инструмент усиливает. Ускоряет, масштабирует, помогает упаковать. В этом смысле нейросети действительно расширяют возможности. Но если за запросом ничего нет — усиливать нечего. Тогда возникает имитация смысла. Самое опасное в этой конструкции то, что она пока работает. Задачи закрываются. Контент публикуется. Аудитория, привыкшая к среднему уровню, не чувствует разницы. В краткосрочной перспективе система выглядит устойчивой. Но деградация — процесс постепенный, у нее накопительный эффект. Навык мышления не исчезает одномоментно. Сначала перестает использоваться, потом перестает требоваться, а затем и вовсе перестает осознаваться как навык. Use it or lose it.

Человек, который регулярно делегирует машине формулирование мысли, постепенно теряет способность ее формулировать. Не потому, что «глупеет», просто перестает проходить через процесс, в котором эта способность задействуется. Инструмент продолжает работать, а субъект, который должен его использовать, становится необязательным. Формально все функционирует. По факту исчезает источник. Возникает среда, где различие между мыслью и ее имитацией перестает быть очевидным. Ровно до тех пор, пока не возникает ситуация, где имитации недостаточно. Переговоры, кризисы, публичные выступления, решения, за которые нужно отвечать. Там, где требуется позиция и мышление, а не структура. В этот момент становится заметно, есть ли за человеком содержание. Нейросеть не может заменить этот слой. Она может его до определенного  момента скрыть. Дальше — нет. Выбор «использовать или не использовать ИИ» уже сделан рынком. Теперь вопрос в другом: остается ли человек источником того, что он производит или становится раствором электролита, через который проходит чужеродное содержание.

Разница между этими состояниями сейчас почти никому не видна, но вскоре станет критической, а в какой-то момент может превратиться в единственное, что имеет значение.