Маркетинг банка или ритейл-сети одобрил промо-игру за неделю. Потом она уходит к юристам и застревает на несколько итераций. Чаще всего вопрос не в самой механике, а в том, как она названа и как выглядит.
Юрист читает интерфейс буквально. Кнопка «Сделать ставку», экран «Джекпот!» и барабан с вишенками для него означают одно: компания рекламирует азартную игру. Для банка с лицензией ЦБ и для сети с тысячами точек это риск, который никто не подпишет.
За 11 лет мы в Hezzl собрали словарь игрового центра: какие слова и визуальные приёмы тормозят согласование и чем их заменить без потери вовлечения. Делимся им и рассказываем, как переделали слот-механику в кости.
Юрист проверяет игру на три признака: не лотерея ли это, не азартная ли игра и правильно ли оформлена реклама. Ответ «нет, нет, да» и есть зелёный свет.
Отдельная статья расходов, о которой маркетинг часто забывает: призы дороже 4 тыс. руб. в год облагаются НДФЛ по ставке 35%, и платит его как налоговый агент организатор (ФНС). Юрист банка об этом спросит.
Типовая формула в правилах крупных банков звучит так: акция является стимулирующим мероприятием по ст. 9 Закона о рекламе, не является публичным конкурсом по главе 57 ГК РФ и не является лотереей (пример правил Сбербанка). Но формула в правилах не спасёт, если интерфейс игры говорит обратное.
Правило одно: слово должно описывать действие игрока и награду за участие, а не риск и удачу. Ниже замены, которые мы используем в игровом центре. Каждая строчка появилась после чьей-то правки: юрист вычёркивал слово, а мы искали замену, которая сохраняет азарт.
Как это выглядит в правках от юристов:
Слова работают вместе с визуалом. Юрист видит три вишенки в ряд, золотой дождь монет и звук игрового автомата раньше, чем читает текст. Поэтому визуальные отсылки к казино тоже идут в стоп-лист: барабаны, рычаг, игровой стол, неоновые надписи.
Мы заменили слот-механику на броски кубиков, и игра прошла согласование за две недели вместо почти двух месяцев. Вовлечение при этом не упало, а выросло.
Игру делали для программы лояльности федеральной сети, призы давал банк-партнёр. Поэтому согласовывать пришлось сразу с двумя юридическими службами.
Что было. Первая версия выглядела как слот: барабаны, кнопка «Крутить», комбинации символов, анимация выплаты. На тесте игроки делали в среднем по 6 вращений за сессию, но юристы банка вернули проект с короткой пометкой: механика содержит признаки азартной игры, к согласованию не рекомендуется. Юристы сети подписались под тем же.
Почему кости. Кубики сохраняют то, ради чего люди играют в слоты: короткий цикл, ожидание результата и ощущение прогресса. Но смысл меняется. Бросок двигает фишку по игровому полю, а приз игрок получает за пройденный путь и выполненные задания, а не за совпадение символов.
Что поменяли.
Результат. Первая версия провисела на согласовании почти два месяца и прошла три круга правок. Вторая прошла оба юридических отдела за две недели и один круг. Средняя сессия выросла с 6 вращений до 9 ходов, а доля игроков, вернувшихся на следующий день, поднялась с 31% до 38%: у игрового поля есть прогресс, которого не было у барабана.
Главный вывод: юристу нужна не скучная игра, а игра, в которой участник ничем не рискует. Азарт можно оставить, если убрать ставку.
Второй частый вопрос юриста: а если в игру зайдёт ребёнок? Посещать игорные заведения закон запрещает до 18 лет (Гарант), поэтому любая «азартная» деталь в игре автоматически поднимает вопрос о возрасте.
По умолчанию в играх с призами от банка мы ставим 18+, в ритейл-играх без финансовых призов 14+. Последнее слово всегда за юристом заказчика.
Согласование промо-игры в банке или сети ускоряется не уговорами юристов, а заранее чистым языком и механикой без ставки. Словарь из этой статьи можно забрать себе и сверять с ним каждый экран до отправки на согласование.
Статья не юридическая консультация: формулировки правил всегда проверяет юрист вашей компании.
Хотите проверить свою игру по словарю? Пришлите нам скриншоты экранов: команда Hezzl подскажет, какие слова и детали вызовут вопросы у юристов.