Артур Мирошниченко

 - А что если Дэвид Дрога сделал бы свой фестиваль...

- Я думаю, что на нем никто бы не выиграл.

Диалоги о Дэвиде, книга вторая.

Прошедший вторник запомнился прежде всего тем, что нам удалось как-никогда близко подобраться к Дэвиду. Мы застали его за ужином на террасе отеля Карлтон, где оказались вполне случайно, решив переждать очередь на вечеринку в честь открытия фестиваля. Он был в окружении трех женщин, похожих на средстатистических аккаунтов.

Переборов дрожь, мы все же умудрились сфотографировать его затылок, что конечно же стало главным достижением вечера, да и вообще. Довольные собой, мы заказали напитков и направились на Карлтон Бич, где все гости фестиваля собрались в ожидании бесплатной еды и алкоголя. Видимо это и в правду было основной целью большинства пришедших, поскольку более скучной вечеринки на Каннском побережье трудно и представить.

Разделившись в группы по 5-6 человек женщины и мужчины продолжали обсуждение самоочевидных вещей, услышанных за день, а также разбивали столы, ели поросенка, хамили обслуге - нам быстро это надоело. И мы отправились на вечеринку Soda, где оказалось несравнимо веселее. Представившись не своими именами, мы пробрались через алжирский фейсконтроль и встретились, наверное, с самым отчаянным и честным парнем на всем фестивале - Тони из Perfect Fools.

К сожалению, наша встреча оказалась совсем недолгой. Увидев нас, Тони прохрипел что-то вроде «Russians again» и удалился к бару. Но нам этого было достаточно, потому что самое главное достижение вечера, как я уже говорил, было у нас позади. Мы встали в сторонке и решили вспомнить прошедшую церемонию вручения. К сожалению, у нас не получилось. 

Та самая фотография

Пожалуй, лучшее открытие, произошедшее на церемонии награждения во вторник.

Среда обещала нам как минимум две «интересные» лекции. Первая от Goodby Silverstein & Partners, мой личный интерес к которой был связан прежде всего с воспоминаниями о книге «Правда, Ложь и Реклама», написанной Джоном Стилом, планером GS&P, пожалуй, лучшей книгой о рекламе. Но и здесь меня ждало разочарование: одна из самых интересных лекций дня на деле превратилась в скучный монолог Гарета Кея и презентацию двух неизвестных агентств под названиями, которые я не запомнил

В целом сказать, скучные презентации оказались довольно распространенным явлением на Каннском фестивале, чего я никак не мог ожидать. «Ведь это люди, - думал я, - которые продают своим клиентам лучшие рекламные кампании в мире, люди, которые могут вдохновить и убедить, люди, которые должны впечатлять, ну или хотя бы просто быть интересными. Они-то уж точно знают, как делать запоминающиеся и качественные презентации...» Черта с два. На деле вы видите 45 минутное бубнение в пол, сопровождающееся не особо остроумными афоризмами на экране.

Вторая «интересная» лекция под названием «The next creative revolution» началась довольно энергично с выхода на сцену Ника Лоу из R/GA и Альфредо Ганготены из MasterCard. Первый слайд содержал портрет Иоганна Гутенберга. На следующем слайде была вырезка из газеты с первой печатной рекламкой. Далее, как вы поняли, был слайд с телевизором и еще немного спустя - с компьютером. Где-то в районе слайда с мобильным телефоном на меня начала действовать таблетка аспирина, выпитая в перерыве (в аудиториях бывает довольно прохладно, особенно после уличной жары), и я очнулся только в самом конце лекции, когда кто-то из зала спросил: «Ник, а где революция-то?». Как оказалось потом, парнем, что задал этот вопрос, был наш соотечественник по имени Николай Связной.

На очереди было награждение в категориях Print, Design, Radio и Cyber, результаты которого вы уже знаете.

Четверг начался с загадочного события под названием Saatchi & Saatchi New Directors Showreel, которое очень рекомендовали все каннские старожилы. Шоу и вправду оказалось фееричным. Вся сцена главной аудитории фестиваля на час превратилась в белое полотно, на котором в течение первых 10 минут проецировался взрывающий мозг и уничтожающий глаз визуальный ад, стилистически напоминающий одну из статей на сайте W-O-S, а затем подборка из коротких, порой неоднозначных, а порой и очень талантливых работ молодых режиссеров, как например эта: 

Далее произошло то, что в общем-то могло затмить собой все недостатки происходящей вокруг действительности - на сцене появился Лу Рид. Человек, без которого вряд ли можно было бы представить американскую музыку. Символ одной из главных музыкальных эпох, невероятно отчаянный в прошлом парень, отбивший у Уорхолла его подругу, теперь оказался седым старичком, с дрожащими руками и голосом, но столь же живым и острым умом. «Реклама - удивительная вещь, - начал он. - С помощью нее вы заставляете людей восторгаться собой, когда еще вчера вы были обычными торгашами».

Беседа о жизни Лу, о его прошлом и настоящем закончилась тем, что он вежливо согласился прочитать отрывок своей поэмы, после которой зал аплодировал Лу стоя. Несомненно самое главное впечатление фестиваля. После этого я подумал, что если бы я делал свой фестиваль рекламы, то на нем не прозвучало бы ни слова о рекламе. А только - о музыке, кино и литературе - о вещах, которые вдохновляют нас быть здесь.

Близился вечер, а значит и русская вечеринка. Надеясь увидеть всех патриархов индустрии в одном месте, и опоздать на выступление Помпеи, мы взяли розовые приглашения и выдвинулись на Карлтон Бич, печально известный вам по началу этого текста.

Первым же впечатлением - сразу при входе - был ужинающий (почему-то хочется сказать омлетом) господин Амлинский. Далее - небольшая очередь за вином, приятное знакомство с Андреем Губайдуллиным («Вы нормальные парни, только надо бы поднажать, поднажать бы...»), всё-таки выступление группы Помпея и неспешные диалоги на пристани под аккомпанемент прибоя. Людей оказалось немного, знакомых еще меньше, да и в целом, сказать по правде, вечеринка оказалась не совсем русской:

«Никто не писал в море и голым не купался».

Н. Бердяев «О рабстве и свободе русского человека»

Неделя, сжатая в памяти до невероятно малых размеров заканчивалась. Гостей фестиваля ждали церемония вручения в главных номинациях (Фильмы и Титановые львы), а также вечеринка в честь закрытия фестиваля. Мы же вытряхнули песок из кед и вылетели рейсом Ницца-Москва.