«ВЕРХОВНЫЙ СУД ПРИЗНАЛ ЛАЗЕРНУЮ ЭПИЛЯЦИЮ МЕДИЦИНСКОЙ УСЛУГОЙ»?

Нет. Верховный суд РФ не признавал лазерную эпиляцию медицинской услугой. В решении № АКПИ19-639 речь шла лишь об отказе исключить эпиляцию из Номенклатуры медицинских услуг, поскольку она может проводиться с лечебной целью. В более поздних актах ВС прямо указал: совпадение названия процедуры с номенклатурой не делает её медицинской без соответствующей цели. Минздрав подтвердил эту позицию в письме от 10.10.2023.

Откуда взялся миф?

В профессиональной среде и социальных сетях регулярно тиражируется утверждение: «Верховный суд признал лазерную эпиляцию медицинской услугой». Чаще всего ссылаются на решение ВС РФ № АКПИ19-639 от 2019 года. На основании этой ссылки делаются далеко идущие выводы — от требований лицензирования до судебных исков к косметологическим салонам.

Однако детальный анализ судебных актов и официальных разъяснений Минздрава показывает: это утверждение не соответствует действительности. Разберёмся по порядку.

Что на самом деле решил Верховный суд в 2019 году

В деле № АКПИ19-639 истец требовал исключить позицию «Проведение эпиляции» из Номенклатуры медицинских услуг. Он настаивал на том, что эпиляция вообще не должна числиться в этом перечне.

Верховный суд отказал в удовлетворении иска. Однако основания для отказа были следующими:

1. эпиляция может быть медицинской услугой, если проводится с лечебной целью — например, при гипертрикозе, гирсутизме или других дерматологических заболеваниях;
2. именно поэтому позиция «Проведение эпиляции» обоснованно остаётся в Номенклатуре.

Что ВС не говорил: что любая эпиляция, включая эстетическое удаление волос в косметологическом кабинете, автоматически является медицинской услугой. Этого в решении нет.

Эволюция позиции Верховного суда: решения 2022–2023 годов

Последующие судебные акты окончательно расставили точки над i. В решениях № АКПИ22-718, АКПИ22-719, АКПИ23-79 и АКПИ23-1043 Верховный суд сформулировал правовую позицию, которая имеет ключевое значение:

Само по себе совпадение названия процедуры с услугой, включённой в Номенклатуру медицинских услуг, не означает осуществления медицинской деятельности. Значение имеют установленные законом признаки медицинской услуги и цель её оказания.

Иными словами, формальный признак (название в списке) без медицинской цели не делает процедуру медицинской.

Позиция Минздрава: официальные разъяснения

Министерство здравоохранения РФ неоднократно давало разъяснения по этому вопросу. Ключевые тезисы ведомства:

Письмо Минздрава от 10.10.2023

В этом письме ведомство сделало принципиально важное заявление:

«Номенклатура не может применяться в целях определения существа оказываемой услуги».

Это означает, что включение процедуры в Номенклатуру — это технический справочный акт, а не инструмент для определения правового статуса конкретной услуги. Номенклатура не наделяет процедуру признаками медицинской деятельности автоматически.

Позиция Генеральной прокуратуры

Генеральная прокуратура РФ отдельно указала Минздраву на недопустимость автоматического признания услуг медицинскими только на основании их наличия в Номенклатуре. Минздрав с этой позицией согласился, что закреплено в официальных ответах ведомства.

Таким образом, все три ключевых института — Верховный суд, Минздрав и Генпрокуратура — пришли к единому выводу: наличие в Номенклатуре ≠ медицинская услуга.