Три года без IKEA: как рынок адаптировался к новой реальности

22 июня 2022 года IKEA попрощалась с нами. Навсегда. Для миллионов россиян это стало не просто уходом бренда, а потерей привычного ритуала: взять тележку, пройти весь лабиринт, набрать свечей, фрикаделек и пару шкафов, а вечером сидеть с отвёрткой и инструкцией-комиксом.

Прошло три года. Мы в «Мебельсон» решили подвести промежуточные итоги: как вырос рынок, почему изменился покупатель и как производители перестраиваются под новые реалии. 

Цифры, за которыми стоят люди

С первого взгляда статистика обнадеживает. Объем российского мебельного рынка вырос с 227 до 522 миллиардов рублей. Доля импорта упала с 41% до 18,7%. Наши фабрики действительно заняли освободившуюся нишу.

Но если присмотреться, картина сложнее. Продажи в штуках падают. Только в первом квартале 2026 года — минус 14% по сравнению с прошлым годом. Люди покупают меньше предметов мебели, хотя цены растут. 

Эксперты называют это структурным переломом. Впервые продажи бизнесу (B2B) и продажи частным покупателям (B2C) сравнялись по доле. Люди перестали массово покупать квартиры. Отмена льготной ипотеки ударила по спросу. А значит, перестали покупать и мебель для новоселий.

Но за этими цифрами есть и другая история. История о том, как изменился сам покупатель.

Как изменился покупатель

IKEA действительно была любима многими. Потому что она была не просто продавцом мебели. Она продавала опыт. Предсказуемость. Возможность прийти в магазин, увидеть, потрогать, представить в своей квартире и уехать с коробками в багажнике. Ритуал, в котором было мало компромиссов.

Российские компании пока не смогли воспроизвести этот опыт в полном объёме. Но, возможно, это уже и не нужно. Покупатель, который три года назад ходил по лабиринту с тележкой, сегодня совсем другой. Ему уже недостаточно просто «супермаркета мебели». Он ищет индивидуальные решения, качество, экологичность и сервис под свои задачи.

Мы стали разборчивее. Насмотренность выросла — спасибо Pinterest, блогам дизайнеров и соцсетям. «Осознанное потребление» из модного слова превратилось в реальность: мы хотим не просто мебель, а долговечные, экологичные, эстетичные решения. Мы ищем тихую роскошь — спокойные формы, натуральные материалы, тактильный комфорт.

И главное — мы не готовы переплачивать за то, что не дотягивает до наших ожиданий. А компромиссов на рынке стало больше.

Как перестраиваются производители 

Отрасль перестраивается. Маркетплейсы стали главным каналом. По данным статистики 79% покупок мебели сегодня совершаются онлайн. Покупатели готовы заказывать даже дорогую мебель через интернет. Такого еще не было никогда.

«Мебельсон» перешёл на онлайн-продажи задолго до того, как это стало мейнстримом. И сегодня это даёт очевидные преимущества. Покупатель получает прозрачные цены, возможность сравнить модели и прочитать честные отзывы. А мы — понятную картину спроса, быструю обратную связь и возможность оперативно корректировать производство под реальные запросы.

Перестают работать и типовые решения масс-маркетов. Компании переходят на заказную мебель, которая уже занимает более 50% оборота. Люди хотят мебель под свои размеры, под свой интерьер, под свой образ жизни.

У «Мебельсона» на этот тренд свой ответ. Мы не делаем мебель на заказ в классическом смысле, но предлагаем индивидуальные проекты из модульных систем. Это дешевле для покупателя и дает больше свободы: можно собрать уникальную конфигурацию, а при желании — переставить или дополнить её. 

Для других производителей точкой опоры становится B2B-сегмент. Когда розничные продажи падают, компании ищут партнёрства с застройщиками, офисными центрами, госзаказчиками. Офисная мебель для корпораций прибавила 15,6%.

Рынок ищет новые точки опоры. Кто-то уходит в онлайн, кто-то в кастомизацию, кто-то в B2B. Универсального рецепта нет, но ясно одно: прежняя модель «производим массово — продаём в розницу» постепенно сходит на нет. 

Что дальше? Рынок без иллюзий

Эксперты прогнозируют: рынок вернется к росту не раньше 2027 год. Цены на мебель продолжат расти, но не выше инфляции — около 6–7% за год. Это не повод для оптимизма, но и не катастрофа.

Главное, что изменилось за три года без IKEA, — это сам покупатель. Он стал взрослее, требовательнее, осознаннее. Больше не хочет «просто шкаф». Он хочет, чтобы мебель решала его задачи, вписывалась в его жизнь и радовала каждый день.

Российские производители это поняли. Формировать рынок завтрашнего дня будут компании, которые смогут выстроить диалог с покупателем и найти баланс между качеством и ценой. 

Мы в «Мебельсон» работаем в этом направлении уже 21 год и знаем: путь непростой, но единственно верный.