Анаморфический 3D-контент на шоу «Алые паруса» в Санкт Петербурге. Кейс студии Raketamedia
«Алые паруса» — ежегодный праздник выпускников, грандиозное шоу света и музыки на Дворцовой площади и Дворцовой набережной Санкт-Петербурга. В 2022 году «Алые паруса» прошли 25 июня и были посвящены 350-летию со дня рождения основателя Северной столицы — Петра Великого.
Об использовании оптических иллюзий в шоу, технических деталях проекта и челленджах в процессе создания контента нам рассказал Антон Сакара, креативный директор и сооснователь студии Raketamedia.
Что такое анаморфический контент?
К анаморфическому контенту можно отнести любое изображение, создающее иллюзию глубины уходящей внутрь экранов. Смотреть и снимать такой контент можно из одной точки, ведь если сдвинуться влево или вправо эффект оптической иллюзии начинает пропадать.
Сейчас эта технология становится все более востребованной в силу того, что заказчик ищет «вирусные» компоненты, которые расширяют охват события, а люди снимающие и выкладывающие видео со своих телефонов, молниеносно распространяют в интернете наиболее удачные кейсы.
Что вы делали для «Алых парусов» в этом году?
Студия Raketamedia занималась созданием видеоконтента для светодиодных экранов сцены. В этом году впервые было предложено использовать эффект анаморфического контента для концерта. Обычно подобные оптические иллюзии на фасадах зданий или на отдельностоящий экранах используют бренды для продвижения своих продуктов. Мы решили, а почему бы не попробовать оптические иллюзии в шоу, тем более, что ведется многомерная телевизионная съемка, и можно точно спланировать, в какой момент шоу какая камера будет снимать происходящее на сцене и экранах.
Для этого нам пришлось сделать серию тестов, в том числе в 3D-визуализаторе, где в реальном времени мы тестировали разные точки для съемки и обзора со стороны зрителей, находящихся на Дворцовой площади. Достаточно быстро стало понятно, что есть одна точка, из которой контент воспринимается как оптическая иллюзия. Другими словами, находясь в этой точке и зритель в зале, и телевизионная камера видит искажение пространства, плоские экраны превращаются… в элегантные объемные изображения. Таким образом можно наблюдать глубину, как если бы за экранами было дополнительное место — объекты на контенте как бы помещаются в несуществующий ранее виртуальный мир, уходящий вглубь, туда, где в реальности находятся рабочие помещения сцены и конструктивные элементы.
Например, если экраны расположены к зрителю выступающим углом, то можно создать иллюзию куба, внутри которого живут различные элементы, в том числе персонажи, пейзажи. Мы начинаем видеть потолок куба, его внутренние стены, два плоских экрана превращаются в пять плоскостей, между которыми есть пространство.
Любопытно, что зрители находящиеся в других местах дворцовой площади хоть и видят контент немного искаженным и не воспринимают эффект оптической иллюзии, но все равно хорошо считывают образы. Человеческий мозг устроен таким образом, что человек достраивает картинку и понимает, что хотели донести до него создатели. К тому же на сцене разворачивается сложное хореографическое шоу, появляются физические декорации, работают спецэффекты, включая дым и пиротехнику, выезжает кинетика. Этого достаточно, чтобы зритель получил яркие впечатления от набора визуальных и звуковых эффектов. Глаз человека не способен объять сразу все, поэтому он выхватывает то, что ему в данный момент больше всего нравится. Видеоконтент в данном случае является упаковкой общего впечатления, задним фоном, играющим одну из важнейших ролей в шоу.
В чем была особенность дизайна сцены в этом году?
В этом году сцена была устроена в виде параллелепипеда выступающего над сценой. Было сделано несколько плунжеров внутри сцены, один большой плунжер поднимающийся на 6 метров перед сценой, а также зеркальная поверхность, которая давала оптическое продолжение экранов и декораций в глубину. Это было похоже на город, в котором артисты и хореография двигались по улицам, вокруг которых были экраны и декорации.
То, что экран выступал на зрителей в виде параллелепипеда как раз дало возможность создать эффект анаморфического пространства. Любой экран с поворотом относительно зрителя можно использовать как анаморфический. А если есть прямой или скругленный выступающий угол — это усиливает эффект.
Какие были сложности?
Здесь можно выделить два момента: творческий и технический. С точки зрения творчества перед нами стояла задача придумать объемно-пространственные композиции, в которых надо было показать идеи для музыкальных номеров с одной стороны и максимально раскрыть потенциал оптической иллюзии с другой. В силу того, что экран был достаточно большой, нужно было работать со скоростями движения объектов — они не должны стремительно пролетать по экранам, потому что в этом случае на телевизионной съемке на крупных планах позади артистов будут видны просто мигания или вспышки. У нас есть такое понятие, как опорный план. Это когда нужно делать композицию так, чтобы она одновременно считывалась на общем плане и на более крупных. То есть за артистами внизу экранов надо продумывать детали, которые бы считывались и работали на шоу во время ТВ-съемки. Частая проблема крупных планов — когда за артистами получается темный фон или нечто размытое, не говоря уже о баннерах или технических конструкциях. Мы стараемся делать опорный кадр для крупных и средних планов не менее информативным, чем мизансцена, когда камера видит все происходящее общим планом.
Для номеров шоу в светлое время в самом начале праздника мы делали яркие цвета, старались избегать черного. Это давало больше зрелищности картинке, хоть и ограничивало художественный инструментарий. Для номера Хабиба мы сделали гигантскую девушку диджея в розовой шубе и кокошнике за диджейским пультом. Она играла треки, которые звучали на сцене, а хореография будто была под ее контролем, она выступала в роли дирижера этого номера.
Для номеров, которые шли после заката солнца в относительной темноте, мы придумывали различные ухищрения, такие как эффект вылета объекта за пределы экрана. Конструкция сцены сверху и снизу экранов была сделана в заведомо темных цветах, это позволило работать с черными каше в контенте, поэтому элементы могли наслаиваться на декорации. Например, так мы сделали в номере Коста Лакоста, когда тарелка НЛО вылетела за край экрана и повисла над сценой и зрителями.
С технической стороны нам пришлось тщательно подбирать точку камеры, которая будет снимать анаморфический план. Несмотря на то, что все было спроектировано на уровне 3D-визуализатора, нам пришлось потрудиться, чтобы поставить камеру, которая давала бы максимальный эффект оптической иллюзии и не мешала при этом другим камерам и пультовым.
Как делается анаморфический контент?
Для этого создается трехмерная сцена с виртуальной камерой, установленной ровно в той точке, где будет стоять физическая камера на площадке. Вся сцена рендерится из этой точки с учетом хореографии, движения машинерии и взаимодействий с артистами. После этого мы переносим картинку на плоскости, подгоняя под существующую конфигурацию физических экранов сцены. В этом случае один большой экран работает лучше, картинка не рассыпается на части, как это иногда бывает, когда сетап состоит из множества разделенных между собой экранов — такое дробление выглядит хорошо на презентации дизайна сцены перед заказчиком, но плохо работает на мизансцену на площадке, не говоря уже о неудачных телевизионных планах в эфире. Презентовать дизайн сцены нужно с предварительно подготовленными композициями для видеоконтента, вместо изображений из стоков, но это для всех приходит с опытом.
Наиболее интересным кажется придумывать такие сетапы, когда экраны не только позволяют создать иллюзии, но и являются сложными геометрическими композициями. Дизайн сцены несущий архитектурную составляющую всегда смотрится выигрышнее, чем разбросанные в пространстве плоскости. Современные экраны позволяют соединять модули под разными углами, делать криволинейные формы. Это вдохновляет на новые интересные решения, в том числе создание анаморфических иллюзий как в рамках куба или цилиндра, так и в сложных взаимно соединяющихся объемах.
Я по образованию архитектор, впереди мне видится множество реализованных кейсов, когда анаморфический контент будет работать не только как изображение на светодиодных экранах, но и с использованием других средств мультимедиа. С помощью простой светодиодной ленты, палок, проекций, в том числе лазерных можно преображать целые фасады зданий и делать из них несуществующие псевдообъемные объекты. Так можно превратить целую улицу в виртуальную трехмерную модель.
В идеале хотелось бы создать такое шоу, когда объекты или персонажи будут перемещаться из экранов на сцену и взаимодействовать с артистом и хореографией. Мы делали подобные проекты с использованием дополненной реальности, например, визуальный эффект, когда орел парил в небе над потолком зала, потом спускался, пролетал по залу над головами зрителей и вылетал сквозь пролом в стене. Но это было ограничено инструментами AR (Augmented Reality) и зрители в зале не совсем понимали, что происходит, в отличие от зрителей сидящих у экранов телевизоров. Хотелось бы создавать подобный эффект погружения в условиях naked eye, то есть видеть невооруженным глазом.
Ваша команда вышла из телеканала MTV начала нулевых, как это сказывается на вашей работе?
Ну мы любим музыкальные шоу. Когда на сцене выступает талантливый артист и есть опытная, заряженная на результат режиссерская группа мы с радостью предлагаем визуальные решения, которые многократно усиливают эффект от шоу. Наша команда как турбина, которая создает давление в двигателе и в разы усиливает эмоциональную силу происходящего на площадке. Мы любим хорошую музыку, энергетика происходящего во время выступлений заряжает и дает стимул двигаться вперед. Раньше мы занимались телевизионными заставками, там не было такого эмоционального отклика — ты делаешь графику, и хоть потом ее смотрит несколько миллионов зрителей, но все же ты не считываешь их реакцию. Во время шоу все происходит иначе. Фанаты и зрители приходят с определенным настроем, во время выступления чувствуется волна восхищения артистом, его творчеством и самим шоу. Это можно наблюдать даже в телевизионном эфире.
Какие еще проекты вы делаете?
Мы создавали многие шоу, концерты, фестивали, церемонии, где занимались видеоконтентом. В 2009 году мы делали Евровидение, в 2014 наша команда создавала контент для Открытия Олимпийских игр в Сочи, мы делали Открытие и Закрытие всемирного Экспо в Астане, множество музыкальных туров артистов, премии MUZ-TV, Ru-TV, Виктория, Золотая маска, театральные постановки, оперы, балеты, телевизионные проекты включая Танцы на ТНТ, Новая Волна, VK Fest и многие другие.
Более десяти лет назад мы стали заниматься только видеоконтентом для музыкальных мероприятий. Это дает огромное творческое удовлетворение от работы и желание двигаться дальше.