От Бакста до нейросети: как искусство и технологии формируют культурное будущее России

В 1910 г. Леон Бакст оформил для Сергея Дягилева балет «Шехеразада» — и зрителей поразила не хореография, а сценография. Дягилев звал в соавторы ведущих художников эпохи, от Бенуа до Пикассо, и ставил их вровень с композиторами. Во многом благодаря этому балет стал искусством, которым восхищался весь мир. Потом театр ушёл в минимализм, большая живописная декорация почти исчезла, а зрелищность перетекла в кино и на стадионы.

Сегодня она возвращается на академическую сцену. Только приносят её не художники-одиночки, а команды, которые применяют передовые технологические решения, объединяя возможности искусственного интеллекта и современного оборудования.

Трансформация сцены: российский опыт внедрения ИИ в театре

Направление цифровой сценографии развивает команда Центра технологий СберМаркетинга и SberStudios. 3 июня 2026 г. на исторической сцене Мариинского театра во время ПМЭФ прошёл межсоюзный концерт «Музыка театра». Его приурочили к 185-летию Сбера и 150-летию Союза театральных деятелей России, который выступил организатором вечера.

На сцену вышли более 200 исполнителей: солисты, оркестр, хор, балет и миманс. Музыкальным руководителем стал Валерий Гергиев, народный артист России, художественный руководитель Мариинского театра. В программу вошли 15 номеров, увертюра и финал общей продолжительностью около 107 минут. Зрители услышали фрагменты из опер, балетов и оркестровых сочинений Петра Чайковского, Александра Бородина, Джакомо Пуччини и других композиторов.

Визуальную часть вечера команды создали в соавторстве с нейросетями. Для каждого из 15 номеров команда SberStudios с помощью моделей ГигаЧат и Kandinsky создала уникальные сцены с motion-анимацией, среди которых были сады Чайковского, ночной Китай «Турандот», пушкинская метель Свиридова. Контент выводили на панорамный дугообразный LED-экран, охватывающий всю историческую сцену.

Художественную концепцию построили вокруг двух сквозных образов — Летописца и Музы. Концерт открывался увертюрой-путешествием сквозь Вселенную. И завершался финалом «Сказания о невидимом граде Китеже», где все образы вечера соединились в «ожившей» галерее великих деятелей русского театра — от Михаила Глинки до Станислава Говорухина.

«Музыка театра» — не первый театральный проект команды. Летом 2025 г. на Новой сцене Мариинского театра состоялась премьера оперы «Мандрагора», которую когда-то задумали, но не реализовали Сергей Рачинский и Пётр Чайковский. Утраченное либретто и партитуру дописывали вместе с композитором Петром Дрангой и нейросетями Symformer и ГигаЧат.

Позже технологию вывели в регионы — в Марийском театре оперы и балета имени Сапаева под руководством SberStudios выпустили ИИ-балет «Снегурочка», где нейросети ГигаЧат и Kandinsky оживили рисунки художника Бориса Голодницкого в видеодекорации.

Нейросеть — не новый Бакст

Искусственный интеллект в этих проектах не заменяет художника и не становится «новым Бакстом». У ИИ нет собственного авторства. За результатом стоит команда художников, режиссёров и продюсеров, которая ставит задачу, задаёт единый визуальный язык и отбирает финальные кадры.

У нейросети другая роль. Она помогает быстро перевести замысел из слов и эскизов в готовое изображение. Художник описывает образ или даёт референс, а модель предлагает варианты сцены, на которые раньше ушли бы недели ручной отрисовки. Визуальные идеи можно перебирать прямо по ходу постановки, отбирать удачные и доводить до финального кадра. Абстрактная концепция вроде «садов Чайковского» или «метели Свиридова» превращается в конкретную анимированную сцену за несколько итераций. Современное соавторство — это единая система из технологии, специалистов и продакшна.

Дягилев в своё время понял, что балет слишком мощный инструмент, чтобы оставлять его только балетмейстерам. Сегодня к такому выводу приходят те, кто работает с нейросетями, мультимедийными технологиями, интерактивными средами и генеративным контентом.