Елена Козлова — учитель русского языка и литературы, директор школы, общественный деятель и автор автобиографической прозы. Родившись в подмосковной Шатуре, она всю свою профессиональную жизнь посвятила образованию, о чём красноречиво говорят её почётные звания: «Заслуженный работник образования Московской области», «Отличник народного просвещения», «Трудовая доблесть России».
Её путь в литературу начался с желания сохранить семейную хронику в подарок родным, но очень скоро вырос в серьёзное творческое дело. Елена — активный участник литературного объединения «Орфей», её рассказы печатаются в альманахе «Сфера притяжения», а первая книга «По следам моей памяти» была удостоена звания «Книга года». Её писательский импульс тесно переплетён с педагогическим призванием: она создаёт литературные проекты со старшеклассниками, помогает одарённым детям, а её творчество стало естественным продолжением многолетнего диалога с учениками, коллегами и самой историей своей семьи.
— Елена, вы много лет работаете в школе и прекрасно знаете, как меняется отношение людей к слову, памяти, истории. Если попытаться описать себя как автора, в чём вы видите источник своего внутреннего импульса к писательству?
— Внутренний импульс к писательству может быть связан как с внутренними мотивами, так и с внешними факторами. Чтобы выразить себя, по меньшей мере, надо поделиться своими мыслями, тревогами, переживаниями, чувствами, наконец. Хочется не просто рассказать историю, а создать нечто поучительное, мудрое, может быть, даже повлиять на взгляды и убеждения людей. Хотя это сделать очень тяжело. Нынешняя молодёжь, например, в большинстве случаев вряд ли захочет преодолеть свои трудности и сомнения. А внешние факторы несомненно могут поддержать импульс к писательству. Для меня очень многое значит общение с писателями. Опыт имеет огромное значение, и взаимодействие между людьми единого порыва. Поддержка — великое дело. И продвижение своего творчества также важно.
— «По следам моей памяти» получила звание «Книга года». Если смотреть изнутри, не глазами жюри, то чем эта книга стала для вас самой? Это больше попытка сохранить семейную хронику, разговор с поколениями или творческая задача — показать, как личная память превращается в художественный текст?
— Для меня издание моей первой книги — вообще событие уникальное. Ведь я и не думала, что приобрету своего читателя, получу столько прекрасных отзывов. А главное — буду думать о второй книге. Это какой-то Божий знак. Первый порыв был, естественно, сохранить семейную хронику, сделать подарок будущим поколениям моего родословного древа. А получилось так, что книга стала для многих читателей воспоминанием о своём детстве и традициях собственной семьи. Я сначала думала: вот издам книгу, и на этом всё. Теперь другие планы. Хочется писать для людей. Мне кажется, я и в себе-то не до конца разобралась. Есть материал, значит, буду работать. Единственное, что немного напрягает, — это вдруг вторая книга покажется менее интересной. Время покажет. Но я не привыкла тормозить по жизни, только вперёд!
— Ваши рассказы строятся на реальных судьбах, непростых временах и тонкой работе с деталями. Что оказалось самым трудным в процессе: возвращаться в эмоционально острые моменты прошлого или, наоборот, выстраивать повествование так, чтобы личное стало универсальным для читателя?
— Я бы не сказала, что для меня был трудным процесс создания рассказов. Скорее, он был увлекателен. Когда написан один рассказ, и он лёг на душу самого писателя, хочется сразу начать новый. Новый кажется лучше предыдущего. И ты не замечаешь, как тебя подхватил кураж под белы рученьки. Очень приятно воссоздать то, о чём тебе рассказывала мама, бабушка, дед, отец. Это так ценно! Пишешь и слышишь их голоса. А иногда всплакнёшь, и такое тепло на сердце, что и словами-то не передашь.
— Ваш педагогический и общественный опыт необычайно богат: литературные проекты со старшеклассниками, работа с детьми, участие в конкурсах. Какие уроки — человеческие или творческие — этот путь привнёс в вашу манеру письма? Что из школы и общения с учениками выносит в книгу ваш авторский голос?
— В мою манеру письма легли в основу, без сомнения, и человеческие, и творческие уроки. Когда ты всю свою жизнь без остатка отдала образованию, накоплен колоссальный опыт общения с детьми, учителями, родителями. Есть о чём поговорить, чему поучить и самой научиться. Я, к сожалению, не имею собственных детей, и многие мои ученики стали для меня родными. За сорок лет службы я многое осмыслила, пережила. Всегда хотела стать значимой фигурой для каждого ученика на школьной шахматной доске. Получилось, думаю, неплохо, если до сих пор получаю письма со словами благодарности. Это дорого стоит. Как о них не написать, не рассказать об их неординарности? Расскажу о многих на страницах своих книг.
— Сегодня одна из больших дискуссий в литературе — вопрос доверия к автобиографической прозе: как соотнести факт и художественное переосмысление, где проходит граница между личным и общим. Как вы относитесь к этому разговору? Должен ли автор сохранять документальную точность, или его задача — передать эмоциональную правду времени?
— Каждый решает для себя сам: передать ли документальную точность или эмоциональную правду времени. Для меня это два в одном. Граница между личным и общим еле заметна. Автобиографические рассказы, по-моему, тем и интересны, что они реальны, в них — дух семьи, традиции, принципы существования. В них каждый увидит себя. Ну и, конечно, в любом случае в таких произведениях ярко отражается личность автора, его интересы, характер. Ведь всегда повышена популярность тех рассказов, героем которых является сам автор. Вообще, писатель ведь он вроде психотерапевта, обязательно несёт лечебный эффект.
Интервью провела Алена Комиссарова