Sostav.ru - Маркетинг Реклама PR
Текст Видео Принты Блоги
Сотка
Медиа|Реклама|Брендинг|Маркетинг|Бизнес|Политика и экономика|Социум|Фестивали|Бизнес-блоги 

Версия для печати

Медвежья прислуга

€50 тыс. в год составляет средняя заработная плата современного дворецкого, имеющего сертификат о профессиональном образовании. Жилье, одежда и питание чаще всего предоставляются бесплатно. Несмотря на весьма комфортные условия работы, современные слуги время от времени пренебрегают своими обязанностями или даже наносят ущерб интересам своих хозяев. Впрочем, подобные неприятности случались во все времена

"Обжора, пьяница и отъявленный лгун"
Одно из преимуществ богатства в том, что состоятельный человек избавлен от необходимости выполнять малоприятную домашнюю работу. К тому же наличие прислуги всегда отличало богатый дом от не очень богатого, так что наем слуги — до сих пор вопрос престижа. Вместе с тем, приглашая на работу няню, домработницу или садовника, наниматель пускает в дом совершенно чужого человека. Нередко слуги становятся источником проблем для своих хозяев, и те жалеют, что вообще связались с наемной рабочей силой. Так дела обстоят сейчас, так было и в старину.

В древности роль домашней прислуги обычно исполняли рабы, и у хозяев были все основания не слишком доверять таким работникам. У римлян даже была пословица "Сколько в доме рабов, столько в доме врагов", и это были не пустые слова. В 61 году н. э. Педаний Секунд, префект Рима, то есть глава городской администрации, был убит одним из своих рабов. Сенат повелел казнить 400 рабов, находившихся в доме префекта в момент убийства, дабы устрашить других. И все же рабы продолжали ненавидеть своих хозяев, и богатые римляне, окруженные толпами недоброжелателей, жили как на Везувии.

В раннем Средневековье феодалу прислуживала его дружина. Знатный сеньор обеспечивал своим воинам стол и крышу над головой, а те защищали замок от набегов, готовили пищу, ухаживали за лошадьми, охотничьими собаками и т. п. Господин обычно обедал в пиршественном зале вместе со своими лучниками и всадниками и относился к ним скорее как к боевым товарищам, чем как к прислуге. Воины-слуги были хороши в бою, но подметать пол или выбивать пыль из гобеленов они явно не годились, так что можно было не удивляться антисанитарии, царившей в средневековых замках.

В позднем Средневековье быт феодалов значительно преобразился, жизнь в замках приобрела известную утонченность. Изменились и слуги. В домах знатных сеньоров теперь прислуживали в основном молодые люди из небогатых, но благородных семейств. Такая служба считалась весьма почетным занятием. Прислуживая в замке герцога или графа, молодой дворянин усваивал основы придворного этикета и заводил полезные знакомства, что могло помочь в дальнейшей жизни.

Слуги-воины тоже никуда не делись, ведь феодалы все еще нуждались в вооруженной охране, хотя о прежнем боевом братстве с господами уже не могло быть и речи. Воинов, носивших форменную одежду с гербом своего господина, называли лакеями (старофранц. laquais — "пеший солдат"). Ворота замков нередко охраняли швейцарские наемники, которых называли швейцарами, или же портье (франц. portier — "привратник"). В замках работали и женщины. Это были в основном кухарки, прачки и швеи.

Разумеется, слуг держали не только богатые феодалы. Французский поэт XVI века Клеман Моро имел прислужника, который в итоге скрылся с его деньгами. Раздосадованный поэт оставил нам подробный портрет сбежавшего слуги: "Обжора, пьяница и отъявленный лгун, обманщик, разбойник, игрок, богохульник, от которого на сто шагов несет виселичной веревкой, но, впрочем, чудеснейший из смертных". Большую часть этих эпитетов вполне можно было применить и к самому Моро, которому случалось сидеть в тюрьме, бражничать в кабаках и бегать от инквизиции, так что слуга и господин стоили друг друга.

Французская эволюция
В XVII веке в Европе произошли огромные изменения, затронувшие в первую очередь одну из самых богатых и культурных стран континента — Францию. В этой стране установилась абсолютная монархия, что означало конец прежней феодальной раздробленности. Знатные сеньоры больше не нуждались в многочисленной вооруженной охране, а молодые дворяне теперь обучались уму-разуму не в замках титулованной знати, а в школах. Средневековые слуги-солдаты и слуги-дворяне исчезли, а их место заняли профессиональные слуги, рекрутировавшиеся из простонародья. Их по-прежнему одевали в роскошную униформу и называли лакеями, хотя для войны они явно не годились. Зато они могли прислуживать за обедом, чистить столовое серебро, стоять навытяжку у дверей и исполнять множество мелких поручений, являясь по звонку колокольчика.

Во Франции XVII века почти треть домовладельцев держали слуг, причем около 40% всех лиц, находившихся в услужении, работали в домах дворян. Содержание слуги обходилось в 150-200 ливров в год, в то время как годовой доход среднего буржуа составлял около 500 ливров, так что иметь домашнюю прислугу могли в основном представители земельной аристократии. К тому же подданные французского короля должны были платить налог на каждого слугу. Налог на слуг-мужчин был выше, чем налог на служанок, и потому количество женской прислуги постоянно возрастало. И все же французы не могли и не хотели отказаться от слуг-мужчин. Содержать лакея было престижно именно потому, что это было дорого.

Французский аристократ не мог появиться на улице без слуги или даже целого отряда разодетых лакеев. В книге о правилах этикета того времени говорилось: "Негоже знатному сеньору в одиночестве бродить по улице, будто какому-нибудь буржуа". В начале XVIII века немецкий путешественник отмечал, что французские дворяне "постоянно хвалятся друг перед другом числом своих слуг, а также тем, во сколько им обошлось их платье или их прическа". Богатые аристократы нанимали так много слуг, что для них приходилось выдумывать все новые специальности. Помимо обычных садовников, кучеров, конюхов и поваров появились носильщики кресла-качалки, податели напитков и т. п. Некоторые господа даже нанимали специальных скороходов, которые бежали впереди их кареты со скоростью лошади.

Впрочем, некоторые недостатки французской системы тоже бросались в глаза. Английский путешественник Филип Тикнес писал: "Француз всегда следит за собой и никогда не появится на людях в плохой или нечистой одежде, однако же его жилище нередко покрыто слоем пыли и грязи". Иначе говоря, французские слуги не перетруждались. Несмотря на обилие лакейских специальностей обязанности между слугами не были четко распределены. Бывали случаи, когда камердинеры, официально ответственные за господский гардероб, должны были готовить обед, а садовника отправляли передать письмо. Руководить прислугой должен был дворецкий, но его авторитет во французском доме не так уж высок. В результате никто ни за что не отвечал, и поддерживать дисциплину подчас было некому. Многие господа немало страдали от распущенности собственной прислуги. В мемуарах французских дворян XVIII века часто упоминались пьяные кучеры, перевернувшие карету. У кучеров, как и у дворецких, отвечавших за винные погреба, была устойчивая репутация алкоголиков, и никто ничего не мог с этим поделать.

Пороки французских слуг были легко объяснимы: прислуга подражала повадкам своих господ. Пьянство, мотовство и склонность к насилию были присущи французскому дворянству, а слугам страстно хотелось во всем походить на титулованных особ. Господа сами приучали своих лакеев пускать в ход кулаки при первом удобном случае и специально нанимали высоких и крепких молодых мужчин. Драки между слугами разных господ случались довольно часто. Дрались в основном за преимущественное право проезда для господского экипажа, хотя поводы для столкновения могли быть самыми разными. Так, 8 января 1745 года у театра "Комеди Итальен" подрались слуги мадам де Бофремон и герцога де Флери. Дрались за место парковки для кареты. 17 марта того же года в том же месте и по тому же поводу подрались слуги мсье де Вийепро и графини де ля Марк. Зная суровый нрав аристократии и ее лакеев, парижская полиция время от времени запрещала вооружать слуг. Лицам, находящимся в услужении, запрещалось носить шпаги, палки, жезлы, трости, однако лакейского насилия не становилось меньше.

Французские аристократы были чрезвычайно горды своим привилегированным положением, и слуги стремились не отставать от них по части напыщенности и чванства. Французский литератор XVIII века Пьер-Жан Батист Нугаре писал: "Хорошо известно, что лакеи, собираясь вместе, называют друг друга именами своих господ. В кабаке Шампаня зовут "герцог де...", Буржиньона величают "граф де...", а Пикара — "маркиз де..."". При этом "герцоги" и "графы" из людской вели себя довольно вызывающе. По свидетельствам современников, лакеи могли запросто поколотить кого-нибудь из горожан или устроить дебош в трактире. Однажды богатый английский путешественник спросил слугу герцога Орлеанского о причинах подобного поведения и получил развернутый ответ: "По отношению к вам, ваша милость, и к людям вашего положения я всегда сама почтительность. Но при встрече со всем этим подлым людом я веду себя со всем достоинством, подобающим моему хозяину герцогу". В общем, слуги отождествляли себя с господином, которому служили, и открыто презирали простонародье, из которого сами же и происходили.

Лакейское чванство было в целом на руку господам, потому что обеспечивало им лояльность прислуги. Впрочем, эта лояльность не была синонимом честности. Многие слуги, если не большинство, подворовывали у своих хозяев. Так, молодой лакей из Тулузы Гийом Фурнье регулярно воровал у господ часы, а те, смирившись с неизбежным, всякий раз покупали новые. Многие слуги воровали из чувства справедливости. Так, служанка Мари Прадель, забеременев от хозяина, украла у него ровно столько денег, сколько было нужно для того, чтобы выйти замуж. Попадались среди слуг и профессиональные воры на доверии. Некто Пьер Дюбеда нанимался в качестве слуги лишь для того, чтобы обокрасть дом и исчезнуть с добычей. Дюбеда успел обворовать около полусотни домов, прежде чем был разоблачен.

И все же французские слуги, при всей их распущенности, были верны своим хозяевам и порой даже не мыслили жизни без них. Так, маркиз де Фимарсон регулярно избивал своего слугу Ле Франка, но тот стоически терпел издевательства и десять лет служил господину верой и правдой. И даже когда над французской аристократией был занесен нож гильотины, многие слуги сохранили верность своим господам. Слуга маркиза де Бартелеми по имени Ле Телье добровольно отправился в тюрьму вместе со своим хозяином, а позже вместе с ним взошел на эшафот.

Джентльмены при джентльменах
Французское дворянство так никогда по-настоящему и не оправилось от удара, нанесенного революцией. В течение XIX века Франция постепенно теряла статус законодательницы мод для аристократии, в то время как культурное влияние Англии постоянно росло. Иностранцы, побывавшие на Британских островах, обычно бывали поражены благоустроенностью английских домов. В особенности их удивляли английские слуги. Американский литератор Натаниэль Виллис писал: "Приезд в английский дом оказывает на иностранца совершенно магическое воздействие. Здесь вас встречают без всякой суеты, естественной при подобных обстоятельствах в любой другой стране. Слуги молчаливы, почтительны и прекрасно владеют собой... Здесь вы пребываете словно в золотом сне".

Слава английских слуг, гремевшая по всей Европе, была вполне объяснима. Дело в том, что английские слуги так же старательно подражали своим господам, как и их французские коллеги. Для викторианского общества было характерно подчеркнутое уважение к иерархии, и в людской возникла собственная социальная пирамида. Английские слуги были исполнительны и дисциплинированны, потому что старшие слуги следили за младшими, а все вместе следили друг за другом.

В английском богатом доме обычно бывало от нескольких десятков до нескольких сотен слуг. Герцог Вестминстерский и герцог Портлендский, например, держали порядка 300 слуг каждый. Содержание такого штата обходилось очень дорого. Граф Эшбернхэм ежегодно тратил на содержание своих домов £2742, из которых £769 шли на выплату жалования слугам, £200 — на покупку пива для слуг, а £138 — на приобретение ливрей и прочей служебной униформы. Впрочем, стоимость ливрей потом частично возмещалась. После года использования поношенную ливрею обычно продавали перекупщикам, которые торговали с континентом. Шитье и позументы с лакейского плеча с удовольствием покупали небогатые немецкие чиновники, дабы украсить ими свои вицмундиры.

В Англии, как и во Франции, существовал налог на прислугу, и граф Эшбернхэм был вынужден каждый год платить £42 за своих слуг-мужчин и £22 — за служанок. Для сравнения: сельский викарий зарабатывал в год около £150, а фермер — около £130. Слуги получали бесплатное жилье, одежду и питание, а зарабатывали в зависимости от своего статуса. Управляющий поместьем мог получать до £200, столько же мог просить повар-француз, необходимый в любом аристократическом доме. Дворецкий обычно зарабатывал около £60 в год, а прачка или младшая горничная — не более £10. Но социальное неравенство в мире слуг имело более глубокие корни, чем простая разница в доходах.

Весь домашний штат четко делился на две категории. К старшим слугам относились дворецкий, экономка, шеф-повар, камердинер и компаньонка. Статус управляющего был еще выше, но он мало общался с прислугой и занимался в основном общим экономическим руководством поместья. Настоящими правителями мира слуг были дворецкий и экономка. Дворецкий отвечал за винный погреб и руководил слугами-мужчинами. Но главной его задачей, как метко заметила герцогиня Мальборо, было следить за тем, "чтобы каждый знал свое место, включая его самого". Герцогиня писала о своем дворецком: "Его власть над мужской частью прислуги была абсолютной. Ровней ему считались лишь два электрика, к которым по тем временам относились с большим уважением, как к людям науки".

Над женской частью прислуги царила экономка. Впрочем, некоторые из них ухитрялись держать в ежовых рукавицах даже здоровяков-лакеев. В 1854 году один англичанин описывал типичную экономку: "Это женщина средних лет, которая знает свое дело и всегда начеку. Ее бдительность безгранична, как и ее тирания".

Если дворецкий и экономка служили скорее дому, чем человеку, то камердинер всегда был личным слугой одного из джентльменов. Камердинер не только следил за гардеробом и помогал господину одеться. Он везде и всюду сопровождал своего хозяина и обычно бывал в курсе всех его дел. Камердинера называли джентльменом при джентльмене, и для этого были все основания. Этот слуга одевался как джентльмен, носил модную прическу, часто владел иностранными языками и был начитан, чтобы поддерживать светскую беседу, если это было необходимо. Достаточно сказать, что знаменитый Дживс, созданный Пэлемом Вудхаузом, был именно камердинером. Компаньонка была женским аналогом камердинера и прислуживала леди.

Младшие слуги делились на множество категорий, и каждый из них имел свою узкую специализацию. Среди лакеев выделялся старший лакей, которого всегда называли Джеймсом независимо от того, как его назвали при рождении. Он выгуливал любимую собаку хозяина, готовил завтрак и чистил обувь. В некоторых домах Джеймс должен был также оттирать серебряные монеты от грязи, дабы уничтожить возможную инфекцию. Остальные лакеи подчинялись Джеймсу. Были еще грумы, в чьи обязанности входило открывать и закрывать шторы, зажигать свечи и заливать чернила в чернильницу, а также кучера, садовники, привратники, посыльные и прочие узкие специалисты. Служанки тоже делились на несколько категорий. Горничные убирали в комнатах, уборщицы мыли полы, судомойки — посуду и так далее.

Между различными категориями слуг была настоящая пропасть. Старшие слуги даже обедали в особом помещении, отделенном от общей столовой, а о том, чтобы исполнить работу кого-то из младших слуг, не могло быть и речи. Временами служебная специализация английских слуг доходила до полного абсурда. В 1870-х годах молодой американец Ричард Дейна гостил в Англии у графа Спенсера. Однажды ему пришлось наблюдать картину, которая повергла его в шок: граф Спенсер и лорд Брюс вооружились малярными кистями и ведрами с краской, чтобы нанести разметку на поле для игры в теннис. Вокруг было множество слуг, но никто из них даже пальцем не пошевелил, чтобы помочь джентльменам. Дело было в том, что нанесение разметки было делом разнорабочего, а такового в поместье в тот момент не оказалось. Дейна писал: "Ни садовник, ни лакей, ни камердинеры, ни чистильщики обуви, ни тем более горничные не собирались помогать. Наши хозяева слишком хорошо это знали и потому даже не просили их".

Пожалуй, главным пороком викторианского общества был безграничный и всепроникающий снобизм, а слуги, как всегда и всюду, прилежно копировали своих господ. Многие английские семьи, например, стремясь убедить окружающих в своей состоятельности, нанимали больше слуг, чем могли себе позволить. До нас дошел рассказ служанки Розы Аллен, которая в 1830-х годах устроилась работать в одну такую семью: "Я никогда не видела, чтобы в этом доме хорошо топили камин, и зимой всегда было холодно, а хлеб был таким черствым, что его нужно было макать в воду, прежде чем надкусить". Свечи, разумеется, тоже экономили как могли. Зато эта семья содержала лакея, кучера, повара, гувернантку, горничную и нескольких служанок низших категорий.

Слуги в полной мере усваивали снобизм своих хозяев. Один кучер, например, категорически отказался наниматься к леди, которая сказала, что тому придется уступать дорогу другим экипажам, если так будет безопаснее. Кучер заявил, что привык уступать только каретам принцев крови, и гордо удалился.

Если в богатых домах система, основанная на сложной иерархии слуг, работала как часы, то в домах среднего класса она скорее мешала. Писательница XIX века Мэри Шервуд написала историю о разбогатевшем фермере, который нанял нескольких слуг, но остался крайне недоволен результатом: "Восемь утра, а завтрака нет! По всей кухне развешано мокрое белье! Угольная пыль по всей гостиной! Ничего не лежит на своем месте, и ни одного чистого угла!" Слуги несчастного фермера вели себя так, будто находятся в доме богатого лорда, и брезговали работой, не свойственной их специальности.

Работа на дому
Первая мировая война уничтожила старый мир, хотя поначалу далеко не все это поняли. В период между мировыми войнами британская аристократия и средний класс горько жаловались на то, что нанять слугу стало совершенно невозможно. В действительности же численность слуг в Англии сократилась незначительно. Если в 1911 году в услужении находилось 1,3 млн слуг, то в 1921 году — 1,2 млн, что не так уж и заметно для страны, пережившей мировую войну. Но дело было не в количестве, а в качестве. В Англии вдруг перевелись слуги старой закалки, которые, собственно, и составляли цвет знаменитой английской прислуги.

Общество воспринимало новую ситуацию весьма болезненно. Дошло до того, что правительство Ллойд Джорджа создала особую комиссию для изучения проблемы, которая пришла к неутешительным выводам: "В настоящее время служба в доме пользуется все меньшей популярностью среди девушек, а их родители все с меньшей охотой позволяют им наниматься на такую работу... Нельзя отрицать того факта, что рабочие считают домашних работников представителями более низкой социальной группы... Рабочее время слуги не ограничено". Было отмечено, что обычай обращаться к слугам по имени, а не по фамилии переживается как унижение, а ливреи и униформа горничных воспринимаются теперь как позорное клеймо неудачника. Иными словами, работа слуги перестала быть престижной, и молодежь не горела желанием наниматься даже в очень хорошие дома.

Подобная ситуация сложилась и в других странах Европы. Люди, побывавшие в окопах, успели проникнуться чувством собственного достоинства, и теперь ничто не могло заставить их надеть ливрею или произнести "Кушать подано". На домашнюю службу теперь нанимались в основном те, у кого не было другого выхода. Порой в дома попадали люди, которым место было в тюрьме или в психбольнице. Так, в 1933 году всю Францию потрясла история сестер Кристины и Леи Папен, которые убили своих хозяек — мадам Ланселен и ее дочь. Между мадам Ланселен и ее горничными вспыхнула ссора, и психически неуравновешенная Кристина Папен обещала вырвать хозяйке глаза. Сказано — сделано. Сестры набросились на свою госпожу и ее дочь, забили их до смерти молотком и сковородкой, после чего пальцами вырвали глаза у своих жертв. Подобные случаи, конечно, были редкостью, и все же европейцам все меньше хотелось пускать в свои дома совершенно чужих людей.

После Второй мировой войны средний класс стал быстро отказываться от слуг. С одной стороны, бурное развитие промышленности создавало новые рабочие места. Работа на предприятии лучше оплачивалась и была гораздо престижнее труда прислуги. Привлечь слугу теперь можно было только высокой зарплатой, что было не по карману представителю среднего класса. С другой стороны, в жизнь прочно вошла бытовая техника, и хозяйки смогли с легкостью выполнять работу, для которой раньше требовались прачки, судомойки и полотеры, так что отсутствие слуг больше не воспринималось как невосполнимая утрата.

Старая аристократия тоже постепенно отказывалась от слуг. Падение доходов от земельной ренты и рост налогов на недвижимость заставляли многих отказываться от огромных загородных домов, а в городской квартире много слуг не нужно. Количество прислуги стали сокращать даже те, кто мог себе позволить этого не делать. Так, королева Елизавета II в 1980-е годы распорядилась снести дом для прислуги в ее поместье Сэндрингем-Хауз, потому что большая часть помещений в этом доме обычно пустовала.

Аристократия постепенно сходила со сцены, и ее место занимали богачи новой формации. Финансисты, крупные менеджеры, рок-звезды, футбольные знаменитости и прочие герои новейшего времени покупали замки и особняки, собирали коллекции автомобилей, устраивали банкеты на сотни персон, словом, вели жизнь, которая была бы немыслима без значительного штата прислуги. Спрос рождал предложение. Во второй половине ХХ века в Европе и Америке открылось множество школ и курсов, готовящих будущих слуг, вроде Международной академии дворецких, расположенной в Нидерландах. Существует даже Международная гильдия профессиональных дворецких, помогающая будущим слугам найти работодателя. Шоферы и плечистые охранники, пришедшие на смену кучерам и ливрейным лакеям, также остаются востребованными.

Осталось неизменным и старое правило: слуги все так же подражают своим хозяевам и перенимают у них все самое хорошее и все самое плохое. В эпоху, когда сословные перегородки считаются сломанными, а единственным мерилом успеха признаются деньги, можно не удивляться тому, что вернейшие из слуг начинают залезать в господский карман. В 1998 году лакей британской королевы Эндрю Гримстон, зарабатывавший £13 тыс. в год, попался на воровстве джина. Слуга, прослуживший в Букенгемском дворце 12 лет, регулярно сцеживал королевский джин в бутылку из-под содовой, за что и был уволен. А вот дворецкий принцессы Дианы Пол Буррель работал по-крупному. В 1997-1998 годах он похитил 328 предметов различной ценности, которые принадлежали леди Ди, принцу Чарльзу и принцу Уильяму.

Тем более не застрахованы от кражи лидеры стран третьего мира, которые имеют привычку держать дома чемоданы с наличностью. В январе 2009 года парагвайская пара, прислуживавшая в доме президента Экваториальной Гвинеи Теодоро Обианга Нгема Мбасого, скрылась с 4 млрд африканских франков (около €6 млн) и с целой грудой драгоценностей.

В наше время хозяева все чаще вынуждены наблюдать за домработницами, сиделками, поварами и прочим обслуживающим персоналом с помощью камер видеонаблюдения. Оно и понятно, учитывая участившиеся случаи насилия над детьми со стороны приходящих нянь и обыкновенное воровство. Кажется, о доверительных отношениях, существовавших между господами и слугами в прежние века, уже не может быть и речи. Но если старая римская пословица "Сколько в доме рабов, столько в доме врагов" снова становится актуальной, значит, слуги усвоили не самые лучшие черты своих нанимателей.

КИРИЛЛ НОВИКОВ

КоммерсантЪ-Деньги
03.02.2011



Медиа Gazeta.ru припрятала «g» Издание убрало из «шапки» спорный логотип от Студии Лебедева
Реклама и Маркетинг Елена Чувахина: Мы будем растить свои кадры Глава российского офиса FITCH о планах развития агентства в регионе
Реклама и Маркетинг RTB готовит наступление Технология к 2015 году займет 18% российского рынка интернет-рекламы
Медиа Россия в хвосте digital-лидеров ZenithOptimedia оценила крупнейшие рынки новых медиа
Бизнес и Политика В Россию с любовью Культовый бренд "Love is" лицензировали на российском рынке
Медиа Новостные сайты теряют аудиторию Послевыборный спад сказался на политических и бизнес-СМИ
Медиа Обнародован Единый Рейтинг веб-студий В первой тройке - Студия Артемия Лебедева, Actis Wunderman и ADV/web-engineering
Реклама и Маркетинг Авторы Angry Birds заработают на России Rovio рассказала о планах экспансии рынка через парки и брендированную продукцию

© Состав.ру 1998-2016, фирменный стиль Depot WPF

тел/факс: +7 (495) 225 1331 адрес: 109004, Москва, Пестовский пер., д. 16, стр. 2

При использовании материалов портала ссылка на Sostav.ru обязательна!
Администрация Sostav.ru просит Вас сообщать о всех замеченных технических неполадках на E-mail
  Рассылка 'Sostav.ru - ежедневные новости маркетинга, рекламы и PR.'   Rambler's Top100         Словарь маркетинговых терминов