Sostav.ru - Маркетинг Реклама PR
Текст Видео Принты Блоги
Сотка
Медиа|Реклама|Брендинг|Маркетинг|Бизнес|Политика и экономика|Социум|Фестивали|Бизнес-блоги 

Версия для печати

Цена китайского чуда

Благоприятная для бизнеса атмосфера Китая способна вернуть к жизни, казалось бы, безнадежных банкротов: даже GM имеет прибыль от своих китайских предприятий и расширяет там производство. Но это не заслуга менеджеров автогиганта, а результат планомерной политики китайских властей в отношении зарубежных предпринимателей. Однако реформы, обеспечившие иностранные предприятия дешевой рабочей силой и налоговыми льготами, дорого обошлись рядовым китайцам

Дешевый, очень дешевый труд
Средняя заработная плата китайского рабочего в городах составляет около тысячи юаней в месяц (примерно $150). На крупных современных производствах, где высоки требования к квалификации, зарплата в среднем в два раза выше. Обычный доход инженера — 3-3,5 тыс. юаней, что соответствует $450-500. Заработок, совсем небольшой даже по современным российским меркам, не идет ни в какое сравнение с доходами в США или Европе. Легко понять одну из причин, по которой западный бизнес размещает свое производство в КНР и других странах с еще более дешевым рабочим трудом.

Однако сейчас найти трудовую силу по этой или близкой цене можно и в России, и в ряде восточноевропейских стран. Здесь важно подчеркнуть, что речь идет именно о сегодняшнем дне. Между тем рабочий труд в Китае был действительно одним из самых дешевых в мире и десятилетия назад. 30 лет назад, когда в КНР начались экономические реформы, средняя заработная плата в создаваемых специальных экономических зонах (СЭЗ) составляла 120 юаней в месяц (менее $15 по курсу того времени). При этом инженеров среди китайцев почти не было: например, в Шэньчжэне, Чжухае и Шантоу в провинции Гуандун, на юго-восточном побережье КНР, одних из первых СЭЗ в стране, в 1980 году работало всего два инженера—уроженца Китая. Конечно, за 30 лет доход китайских рабочих и инженеров вырос в 20 и более раз, но в реальности этот процесс стал заметен только в первое десятилетие XXI века.

При этом стоимость жизни в Китае как 30 лет назад, так и сейчас ниже, чем в развитых странах. Человек, получающий подобную зарплату, мог прокормить себя и свою семью, но лишь в том случае, если был здоров и работал. Если же с работником что-нибудь случалось, он оказывался предоставленным самому себе.

Ведь одним из нововведений, сопутствующих началу реформ, стала отмена всех социальных гарантий и обязательств со стороны государства. В течение всего одного года миллиардное население было перемещено из социализма в капитализм. Такие понятия, как пенсии и бесплатная медицина, отошли в прошлое для 95% китайских граждан. С этого момента китайские семьи должны были заботиться о себе только сами. В КНР была даже введена плата за среднее образование, а в деревнях, где проживало более половины населения страны,— и за начальное.

Только в 2008 году Пекин заговорил о необходимости развивать социальную сферу. В 2009 году на нее была запланирована в бюджете гигантская для страны сумма 335 млрд юаней, но даже с учетом нее государственные социальные расходы составили всего 257 юаней (менее $40) на человека в год. Фактически забота о пожилых и больных людях была полностью переложена на их детей и родственников.

Принимая подобные непопулярные меры, власти осознавали взрывоопасность создавшейся ситуации. Не допустить социальных катаклизмов удалось во многом благодаря выверенной политике в отношении сельского населения. Уже в 1978 году Пекин распустил сельскохозяйственные объединения социалистического типа, коммуны. Земля передавалась в частную собственность. Это привело к тому, что, с одной стороны, китайское население восприняло начало реформ как значительное расширение экономических свобод, а с другой — в сельском хозяйстве существенно увеличилась производительность труда. В результате на селе высвободилось огромное количество рабочих рук, что и обеспечило в будущем рост промышленности: деревня ежегодно на протяжении 30 лет "выплескивала" 10-12 млн рабочих, которые готовы были трудиться на любых условиях.

Китай стал одной из немногих стран, которые смогли выдержать подобные эксперименты без социальных катаклизмов. Впрочем, нельзя не отметить, что огромную роль в сглаживании ситуации сыграли крепкие родственные и клановые связи в китайском обществе. Его традиционная структура не была разрушена, поэтому вместо государства необходимую поддержку незащищенным гражданам оказывали их родственники или члены клана.

Квалификация за счет государства
Сбросив социальные программы, китайское руководство направило высвободившиеся финансовые ресурсы на решение других задач. Существенные суммы Пекин стал выделять на поднятие уровня технических знаний части китайских рабочих и инженеров с тем, чтобы они могли быть востребованы на самых современных производствах. Китайским студентам была предоставлена возможность обучаться в США и Европе без каких-либо ограничений. Только в 1979 году в высшие учебные заведения США было направлено 35 тыс. студентов за государственный счет, число их в последующие годы постоянно увеличивалось. Китайское руководство создало государственную администрацию по делам иностранных экспертов, которая приглашала иностранных технических специалистов в страну: в 1980-1984 годах их работало более 10 тыс. Китайские ученые и инженеры регулярно отправлялись на переподготовку за рубеж за государственный счет, и большинство из них затем возвращалось на родину. В 2000 году Китай вышел на второе место в мире после США по расходам на науку и образование и по количеству научных сотрудников: на эти цели из государственного бюджета было израсходовано $89 млрд. И усилия китайских властей в этом направлении постоянно росли: в 2006 году эта сумма увеличилась до $136 млрд.

В результате иностранные предприниматели все больше стали задействовать китайских рабочих и инженеров в работах, требующих высокой квалификации. В настоящее время даже на самых технологически сложных производствах, например на сборке самолетов компании Airbus, не работают иностранные инженеры (за исключением служб контроля качества продукции).

Фактически за 30 лет в Китае создана армия работников, которая способна успешно трудиться на самых передовых производствах. Теперь это позволяет уже и самому китайскому капиталу выпускать продукцию, не уступающую иностранным аналогам. Зачастую китайским бизнесменам достаточно для этого приобрести только оборудование, не тратя деньги на покупку зарубежных лицензий.

Выполнение обязательств
Приступив к реформам, Пекин проводил их вовсе не по долгосрочной разработанной программе. Но с самого начала и до настоящих дней китайское руководство придерживается двух принципов — создания удобных и стабильных экономических условий для работы иностранного бизнеса.

В 1979-1984 годах в КНР практически отсутствовала правовая база для деятельности СЭЗ. В 1979 году был принят всего лишь один закон "О совместных предприятиях", на основе которого стали открываться производства в этих зонах. Согласно закону, совместные предприятия освобождались от всех видов налогов на три-пять лет при условии, что не менее 50% продукции будет экспортироваться за рубеж. Они могли свободно выводить свою прибыль, иметь счета в юанях и иностранных валютах. Если прибавить к этому, что СП освобождались от любой социальной ответственности за своих рабочих и им даже не нужно было платить подоходный налог, то становится ясно, какую прибыль стали получать иностранные предприниматели, первыми вложившие свои средства в Китай. Стоит подчеркнуть, что эти баснословные доходы были легальными.

В то же время государство стало инвестировать в создание инфраструктуры на территории свободных экономических зон. Так, за пять лет в СЭЗ Шэньчжэнь центральные и местные власти вложили $22 млрд, что в 5,5 раза превысило все иностранные инвестиции. Расходы государства на развитие СЭЗ в 1984 году составили более 5% бюджета, в то время как площадь этих зон была менее 0,02% территории страны, а их население — менее 0,1% населения всей страны.

Однако в этот период, несмотря на бесспорное развитие иностранного бизнеса в КНР, одним из немногих положительных эффектов для страны стал лишь постепенный рост количества наемных работников. Основная задача — создание высокотехнологичных производств, ориентированных на экспорт,— не выполнялась полностью. Произведенная продукция была низкого качества, она была неконкурентоспособна на развитых рынках и могла сбываться только внутри Китая. Поэтому, несмотря на все запреты, продукция, произведенная в СЭЗ, контрабандой попадала на континентальный Китай и распродавалась по всей стране.

Неэффективность СЭЗ в плане создания экспортно ориентированной высокотехнологичной экономики привела к тому, что в 1984 году были приняты решительные меры для упорядочения их деятельности. Активность властей развивалась в основном в двух направлениях: усиление контроля и формирование нового законодательства. Первым делом вдоль границ всех зон были возведены двух-трехметровые стены, в которых было оставлено всего несколько проходов, что резко усложнило нелегальную торговлю. Министерство внутренних дел КНР провело крупномасштабные проверки деятельности местных чиновников, по результатам которых более 12 тыс. человек были осуждены на разные сроки лишения свободы, а 285 — расстреляны, причем среди последних были и чиновники провинциального уровня. В то же время санкции не коснулись ни иностранных предпринимателей, если они не участвовали непосредственно в противоправных действиях, ни их собственности и финансовых средств.

Одновременно в исполнение ряда постановлений ЦК КПК было издано несколько законодательных актов, четко регулирующих деятельность иностранных инвесторов. Забегая вперед, отметим, что на протяжении последующих 25 лет эта нормативная база изменялась лишь в сторону улучшения условий для иностранцев. Практически все новые предприятия в СЭЗ получали полное освобождение от налогов на два года. Если компания обязалась экспортировать 70% продукции, то налоги можно было не платить еще один год. Кроме того, в течение следующих трех лет ставка всех налогов составляла 50% существующей в Китае, а после истечения и этого срока налог на прибыль предприятия составлял 50% ставки по стране (сейчас он равняется 30%). В последующие годы в любой момент предприятие, доказав, что выпускаемая им продукция соответствует высшим мировым стандартам, могло получить все или какие-либо из перечисленных льгот. Дополнительные привилегии получали длительные инвестиции, такие, например, как строительство портов. В этом случае освобождение от налогов могло продлеваться до пяти лет, а льготное налогообложение — до десяти.

Однако были и ограничения. Самыми серьезными из них стали финансовые и технологические. Иностранное предприятие, открывавшее производство на территории КНР, должно было обладать уставным капиталом не менее $200 тыс., а сам проект производства проходил экспертизу на предмет соответствия заявленному техническому уровню. Понятно, что все вышеперечисленные привилегии распространялись только на высокотехнологичные компании, а, например, предприятия торговли не могли претендовать на них.

В то же время было расширено и само понятие СЭЗ. Кроме классических специальных экономических зон появились такие понятия, как транзитные зоны, свободные порты, специальные экспортные зоны. В результате территории, где иностранный капитал мог пользоваться привилегиями при одновременном сохранении контроля со стороны китайского государства, были увеличены.

Среди факторов, мешавших КНР привлекать иностранные инвестиции в еще больших размерах, нужно выделить два основных: это полное пренебрежение к охране окружающей среды и отсутствие защиты интеллектуальной собственности. И если первый многие иностранцы просто не хотели замечать, то к незащищенности своей интеллектуальной собственности они относились весьма болезненно. Между тем ситуация с экологией внутри Китая действительно складывается весьма серьезная: 80% территории страны заражено промышленными отходами, ряд районов находится на грани экологической катастрофы. И только в наши дни китайские власти стали признавать само наличие этой проблемы и приступать к ее решению.

Долгожданные результаты
К началу XXI века КНР уже убедительно доказала, что она может служить технологической базой для самых сложных производств. Авто- и авиастроение, электроника, космос, фармацевтика, информатика и многие другие технологически продвинутые производства были размещены в Китае. Такие фирмы, как Boeing и Airbus, Toyota и General Motors, Nokia и Microsoft не стесняются ставить на свои изделия отметку "Сделано в КНР". Но в нормативном и финансовом плане условия иностранных инвестиций не только не ухудшились (льготы и привилегии, дешевизна рабочей силы и почти полное отсутствие социальных расходов сохранились), но даже улучшились за счет постепенного развития инфраструктуры внутри специальных экономических зон.

Отличие от предыдущих периодов заключалось в том, что Пекин стал распространять принцип СЭЗ на всю страну. Дело не только в интенсивном расширении старых зон (так, в 2008 году площадь СЭЗ Шэньчжэнь была увеличена более чем в пять раз, до 1900 кв. км), стремительно растет и количество СЭЗ. Сейчас в стране насчитывается 55 экономических и технологических зон развития, 54 высокотехнологических зон развития, 12 зон торговли иностранных контрагентов, 15 экспортных зон.

Успешное экономическое развитие страны повысило уровень жизни населения, и теперь китайский рынок представляет значительный интерес для большинства производителей. Это изменение также учитывается властями и используется для роста благосостояния республики. Так, если иностранный производитель хочет получить право продавать продукцию, произведенную на собственном или совместном производстве в Китае, внутри страны без таможенных пошлин, он, как правило, обязуется расширять свою технологическую цепочку в КНР. Весьма характерны в этом отношении соглашения с европейским авиастроителем Airbus. Начиная с 2001 года он запустил в Китае ряд производств, включая и поставку некоторых видов авионики. Но для того, чтобы получить заказ дополнительно почти на 150 машин, он согласился создать в 2009 году совместное предприятие по производству фюзеляжей для ряда своих моделей недалеко от Тяньцзиня.

В целом можно констатировать, что китайское экономическое чудо не произошло внезапно, а стало результатом планомерной политики властей. Жесткое соблюдения прав и интересов иностранных бизнесменов привело к тому, что их капиталы были направлены в сторону развития технологической составляющей китайской экономики. Однако за рост промышленности стране пришлось заплатить высокую цену: о необходимости защиты экологии и социальной обеспеченности граждан в КНР начинают задумываться только теперь.

ВЯЧЕСЛАВ ЧУБАРОВ

КоммерсантЪ-Деньги
25.11.2009



Медиа Gazeta.ru припрятала «g» Издание убрало из «шапки» спорный логотип от Студии Лебедева
Интервью Елена Чувахина: Мы будем растить свои кадры Глава российского офиса FITCH о планах развития агентства в регионе
Реклама и Маркетинг RTB готовит наступление Технология к 2015 году займет 18% российского рынка интернет-рекламы
Медиа Россия в хвосте digital-лидеров ZenithOptimedia оценила крупнейшие рынки новых медиа
Бизнес и Политика В Россию с любовью Культовый бренд "Love is" лицензировали на российском рынке
Медиа Новостные сайты теряют аудиторию Послевыборный спад сказался на политических и бизнес-СМИ
Реклама и Маркетинг Обнародован Единый Рейтинг веб-студий В первой тройке - Студия Артемия Лебедева, Actis Wunderman и ADV/web-engineering
Бизнес и Политика Авторы Angry Birds заработают на России Rovio рассказала о планах экспансии рынка через парки и брендированную продукцию

© Состав.ру 1998-2016, фирменный стиль Depot WPF

тел/факс: +7 (495) 225 1331 адрес: 109004, Москва, Пестовский пер., д. 16, стр. 2

При использовании материалов портала ссылка на Sostav.ru обязательна!
Администрация Sostav.ru просит Вас сообщать о всех замеченных технических неполадках на E-mail
  Рассылка 'Sostav.ru - ежедневные новости маркетинга, рекламы и PR.'   Rambler's Top100         Словарь маркетинговых терминов