Хау ду ю ду

Опрос, проведенный в начале нового образовательного сезона с целью выяснить популярность тех или иных иностранных языков, показал: безоговорочное лидерство сохраняет английский (84%), затем следуют немецкий (7%) и французский (5%). Замыкают рейтинг испанский, итальянский и китайский языки (4%). Последний — новичок: как отмечают представители некоторых центров, возросший спрос на китайский и чешский — тенденция 2009 года. Причины понятны: все больше уральцев приобретают недвижимость и развивают деловые контакты с этими странами.

Впрочем, бизнес-сегмент в этом году отдыхает: компании (чаще всего производственные, причем малые), ранее охотно оплачивающие обучение сотрудников, теперь экономят. Правда, как отмечает директор центра «Брайтон» (Екатеринбург) Татьяна Рассказова, наблюдается определенный рост спроса со стороны банковского сообщества и собственников бизнеса, желающих улучшить разговорные навыки. Кроме того, некоторые клиенты стремятся усилить конкурентоспособность на рынке труда. А вот сегмент детских курсов традиционно устойчив: образование ребенка по прежнему в приоритете для большинства родителей.

Уральские языки

Консалтинговая компания «Технологии роста» оценивает российский рынок платного изучения иностранных языков в негосударственных учреждениях в 24,2 млрд рублей, причем больше половины приходится на Москву и Петербург. В среднем по стране час обучения стоит 108 рублей, при этом стоимость общих и бизнес-курсов в Екатеринбурге — самая высокая после Москвы. Обучение языкам в Челябинске и Уфе, также отраженное в исследовании «Технологий», доступнее: цены в этих городах ниже, чем, скажем, в Самаре или Казани.

Другой показатель — число игроков. По нему на Урале впереди Екатеринбург: здесь работает около 50 языковых центров. Среди лидеров игроки и клиенты чаще других называют компании, в 2002 году объединившиеся в Ассоциацию лингвистических центров Екатеринбурга: «Талисман», «Полиглот», «Лингвист», «Фьюче Фёст», «Интерток», «Образование и бизнес», Language Link и «Творческое объединение преподавателей делового английского языка». Впрочем, некоторые игроки не вступают в ассоциацию из-за принципиальной установки на минимальный контакт с конкурентами.

В Перми около двух десятков центров, лидерами по доле рынка обычно называют Modo Vivere, Britannia, Welcome и фонд «Хилтон». В детском сегменте сильны позиции Lingvia и того же «Хилтона». Первый известен тем, что помимо иностранных языков развивает творческие способности детей, второй — предлагает собственную методику «глубокого погружения». В Челябинске чуть более 20 лингвистических центров, наиболее известны «Ассоциация преподавателей вузов»,  «Английский клуб» и Mr. English. Примерно столько же игроков в Тюмени.  Рынки Кургана, Ижевска и Уфы еще менее развиты.

Слово и дело

Структура доходов языкового центра обычно выглядит так: до половины выручки приносят детские программы, небольшой процент составляют переводы, остальное делят корпоративные программы и курсы для взрослых частных клиентов. Из-за кризиса последние два сегмента значительно сжались, и игроки начали активнее зазывать клиентов. Как отмечает Татьяна Рассказова, наиболее действенна интернет-реклама, хотя многие компании используют и наружную: цены на нее значительно упали.

Наиболее устойчивый сегмент — программы для детей. По словам президента фонда «Хилтон» (Пермь) Ирины Белоусовой, одна из наиболее перспективных новых программ — активные языковые практики для детей в школах городах, проводимые по выходным. Академический директор центра «Талисман» (Екатеринбург) Наталья Сорокина отмечает стабильный спрос на курсы подготовки к ЕГЭ по иностранным языкам: «Что такое два часа языка в неделю? Особенный шок у школьников был в прошлом году, когда они фактически готовились за два месяца. Тогда мы успевали подготовить только к формату ЕГЭ, сейчас есть время для полноценной подготовки».

Спрос со стороны школьников стимулирует игроков к расширению филиальной сети: родителям удобнее, если ребенок ходит на курсы рядом с домом. Многие центры создают дополнительные программы: учат детей не только языку, но и школьным предметам, а также музыке или рисунку.

Доходы от переводов (чаще всего документации, контрактов и инструкций) сократились в разы: это связано со снижением международной активности компаний-заказчиков. Кроме того, по словам Татьяны Рассказовой, сегмент страдает от переводчиков-непрофессионалов: люди учатся год-два на курсах, после этого фактически демпингуют. А для компаний, нуждающихся в переводе, часто именно цена становится критерием выбора.

Люди с языком

В то же время в области языковой подготовки клиент, по словам Натальи Сорокиной, стал разборчив: помимо лицензии на образовательную деятельность (она относительно недорога), он спрашивает сертификаты, которые подтверждают либо профессиональный уровень преподавателей, либо их уровень владения языком.

Напряженное положение на рынке труда позволяет отбирать преподавателей по достаточно жестким критериям: к примеру, переводчик, потерявший работу, вряд ли сможет претендовать на ставку преподавателя. Наталья Сорокина отмечает, что наиболее востребованы преподаватели с профильным дипломом: в Екатеринбурге подобных специалистов готовят в Педуниверситете, УрГУ и Институте международных связей. Но сразу после окончания вуза занять вакансию непросто. «Студентов мы не берем, — говорит директор по развитию центра «Клуб международного общения» (Екатеринбург) Светлана Ростовцева. — А носители языка обязательно должны иметь международные сертификаты, опыт преподавания своего языка как иностранного». Носители — чаще всего англичане, американцы, немцы и испанцы: многие охотно едут в регионы, чтобы познакомиться с культурой российской глубинки. А вот носителей китайского или арабского среди преподавателей уральских языковых школ отыскать сложно. Между тем недавнее исследование журнала New Scientist показало: в мировой перспективе наиболее перспективно изучать (кроме английского) китайский, хинди и португальский. А еще — русский.