Правительство придумало, что делать с энергией и газом

журнал "Компания" № 27 18.07.2001
Борис Грозовский

Две разные реформы.
Спустя полтора месяца после почти детективного взятия "Газпрома" чиновники поделились первыми наметками плана реформирования этой организации. Вопреки пессимистическим ожиданиям план кажется рыночным; "Газпром" ожидает сбалансированная структурная реформа, которая может пойти на пользу ему и государству.
Впрочем, детектив не закончен. Скупыми деталями плана реформы "Газпрома" Михаил Касьянов поделился не с российскими журналистами, а с телевидением Reuters. На следующий день чиновники отказывались сообщить подробности. Из-за этого важное объявление практически не имело воздействия на фондовый рынок. Похоже, правительство просто решило посмотреть, как международное сообщество, менеджмент газовой корпорации и нефтяники отреагируют на радикальный план. Настоящие решения еще не созрели, и борьба вокруг них будет нешуточная.
Днем раньше Касьянов подписал решение по реформе РАО "ЕЭС". Премьер отверг большинство претензий администрации президента, губернаторов и крупных промышленников и практически без изменений утвердил концепцию Министерства экономического развития, очень похожую на план, написанный менеджментом самой монополии. Особенно недовольны остались члены РСПП. Концепция подразумевает постепенный рост цен, в то время как контроль за сетью остается у РАО "ЕЭС". Это означает, что алюминщики и нефтяники, прикупившие несколько сибирских электростанций, не смогут минимизировать свои энергозатраты: конечная цена электричества будет пока устанавливаться не ее производителем, а компанией-диспетчером, находящимся в 100-процентной собственности РАО "ЕЭС".
Решение ряда ключевых вопросов реформы отложено "на потом". Так, рост тарифов приведет к постепенному отсечению неэффективных потребителей. Экономические и политические издержки отсечения неплатежеспособных клиентов РАО "ЕЭС" не просчитаны, равно как и стоимость необходимых компенсаций. Нет и расчета последствий сокращения объемов перекрестного субсидирования энергетикой других секторов экономики и снижения взаимных субсидий между региональными энергосистемами. В то же время даже небольшой рост тарифов оказывает сильное отрицательное воздействие на объемы промышленного производства, поэтому с ростом тарифов правительству придется быть очень осторожным. А это значит, что большая часть энергорынка в ближайшие годы останется регулируемой.
Хороший план по энергетике принять не получилось, так как вокруг отрасли собралось слишком много сильных игроков со своими интересами и механизма согласования интересов найти не удалось. Правительство взяло сторону энергетиков; миноритариев, алюминщиков и губернаторов пригрели в администрации президента. Две концепции вошли в клинч, и главные проблемы обсудить так и не удалось.
Как ни странно, "Газпром" государству реформировать проще. Позиции миноритариев здесь не так сильны, как в РАО "ЕЭС". Менеджмент сильно набедокурил в 1990-х и, находясь под дамокловым мечом возможных обвинений, сопротивляться преобразованиям уже не в силах. Крупнейшие потребители газа организованной силой не являются, а рост тарифов будет воспринят с пониманием. На этом благоприятном фоне ничто не мешает государству принять хороший план по "Газпрому", и анонсированные Касьяновым подходы внушают оптимизм.
Предполагается выделить из "Газпрома" 100-процентную "дочку" - газотранспортную компанию. В результате все газодобытчики, как в нефтяной промышленности, получат доступ к транспортной системе. Затем акции транспортной монополии будут распределены между акционерами "Газпрома" пропорционально их долям и государство обменяет их на акции добывающих предприятий. "Труба" останется в госмонополии, а газодобывающие компании будут конкурировать на рынке. Минэкономразвития, которое должно подготовить концепцию реформы до конца года, думает о госмонополии на управление системой магистральных газопроводов и о закреплении в законе права государства приобретать существующие и строящиеся газопроводы. Надо сказать, такой подход в долгосрочном плане выгоден и "Газпрому": будет минимизирован конфликт интересов, и компания сможет сосредоточиться на своей основной деятельности.
От нынешнего всевластия "Газпрома" правительство планирует перейти к образцово-рыночной системе, лоббируемой нефтяниками, готовыми добывать газ: транспортные мощности будут распределяться между добывающими компаниями через аукционы. Осуществление экспорта планируется через единого оператора - видимо, тоже принадлежащего государству или "Газпрому". Но поставлять топливо на экспорт смогут все добывающие компании. Вообще госконтроль за экспортом будет усилен: так, МЭРТ планирует проанализировать качество экспортных контрактов "Газпрома".
Едва ли, впрочем, "Газпром" добьется больших успехов на мировых рынках, если центр управления компанией будет находиться в Минэкономразвития. От правительства скорее требуется другое: определить структуру рынка, допускающую превращение "Газпрома" в нормальное капиталистическое предприятие. Для этого - кроме всего прочего - надо разобраться с обязанностью компании поставлять газ всем российским потребителям по низким ценам. Пока эта не очень выгодная деятельность покрывается экспортом, но лишение корпорации монополии на экспорт потребует снятия с "Газпрома" и универсального обязательства перед внутренними потребителями, которое тянет компанию назад. Неясно и другое: сделает ли государство ставку на "Газпром" как на суперконцерн, способный конкурировать с мировыми лидерами отрасли, или решит разукрупнить корпорацию в угоду конкурирующим компаниям.